Я не помню ее такой, в моей памяти застряла лживая стерва, предательница, которая потопила меня с головой. Но сейчас, глядя на нее такую красивую и живую, во мне просыпается животное желание обладать этой женщиной, подчинить ее себе и отомстить.
Романова поворачивает голову в мою сторону, поправляя волосы, но не сразу замечает, как я уверенной поступью двигаюсь к их столику, игнорируя вопросы официантов. Наши взгляды встречаются через мгновение, а улыбка на ее лице медленно угасает. Она сидит ни жива ни мертва. Не церемонясь и не здороваясь, я отодвигаю стул и сажусь ровно напротив нее.
— Денис, что-то случилось? — непонимающе спрашивает Олег.
— Ни о чем не хочешь рассказать своему спутнику, Лара? — выделяю ее имя. — И мне заодно.
— Денис, мы можем…
— Нет, не можем, — грубо перебиваю. — У тебя было четыре гребаных года.
— Денис, может, не здесь, — отрицательно качает головой, озираясь по сторонам.
— Что здесь происходит? — вмешивается Семенов.
— Нет, здесь и сейчас, — игнорирую вопрос партнера. — Начинай рассказ о том, как ты посадила меня, а затем скрыла мою дочь. Думаю, Олегу интересно будет узнать побольше о своей женщине.
Держать себя в руках — невозможно. Чуть позже я пожалею о своем порыве, но не сейчас. Я должен знать. Она должна объясниться. Вот только Лара молчит. Она смотрит на меня в упор, а ее глаза сверкают ненавистью. Этого я не видел никогда. Именно такой взгляд сбивает с толку.
— Дэн, остынь, — предупреждающе говорит Олег. — Мы находимся в общественном месте, на нас смотрят десятки пар глаз. Незачем привлекать лишнее внимание. Согласен?
Я тяжело дышу, ноздри раздуваются, но благодаря словам Семенова здравый смысл постепенно возвращается.
— Я поговорю с тобой, но не здесь, — холодно бросает Лара. — Не нужно унижать меня еще сильнее, чем ты уже это сделал.
Она права на все сто процентов. Мне нужно остыть. Я знаю, где она живет и работает, и мне не составит труда найти ее в любой момент. Но сейчас лучшим решением будет уйти. Поэтому я встаю со стула и, не попрощавшись, удаляюсь.
Спускаюсь на лифте на нужный этаж и медленно бреду в свой кабинет. Петрович еще там.
— Наломал дров, Денис? — в голосе слышится сочувствие. Я коротко киваю. — Учись держать эмоции под контролем и слушать. Это главное. А теперь, чтоб тебе совсем жизнь медом не казалась, посмотри вот это.
Мужчина протягивает мне вторую папку, и я резко выхватываю ее. Открываю первую же страницу, и меня будто окатывает ледяной водой.
— Это шутка, черт подери!?