– Киран, у меня есть охрана. Ты вообще не должен быть здесь.
– Видишь ли… мне бы и не пришлось сюда приходить, если бы ты не попытался наебать мою будущую жену.
Он замирает, тело напрягается, глаза мгновенно возвращаются ко мне:
– Прости, что? Еще вчера у нее не было кольца на пальце, так что, насколько мне известно, никакая она тебе не «будущая жена». У нее, между прочим, есть имя, мудак. Так вот, используй его.
Интересно… Он к ней неравнодушен. Хотя, кого это удивляет? Ее невозможно не заметить – ум, тело, душа, все в ней цепляет. Но вот его поза… В ней нет ревности, по крайней мере, не романтической. Это уже кое-что. Просто привязался как к ассистентке? Или как друг, переживающий за подругу? Возможно. Пока не уверен, но точно разберусь.
– То, что кольцо еще не на ее пальце, не значит, что его там не будет. Она моя, Джеймс. Отныне и навсегда эта женщина моя.
Я задерживаю взгляд на его лице чуть дольше, чем нужно, и скалюсь с откровенным презрением.
– А теперь давай вернемся к делу.
– Я не понимаю, о чем ты, Киран. Я никого не пытаюсь подставить. Я просто хочу, чтобы она сама была уверена, что это действительно то, чего она хочет. Я не отнимаю у нее выбор, она взрослая женщина, и мы спокойно обсудим все в понедельник. А пока она в оплачиваемом отпуске. Насколько мне известно, это называется заботой, пока она приводит свои мысли в порядок.
Вот тут он меня поймал, и это выбешивает.
– А может, это называется «запал на чужую девушку»? Хорошо хоть я уверен в своих отношениях, да, Хилл?
– Это определенно называется «ты – идиот». А теперь, если ты закончил, у меня есть работа, которая не включает в себя сидение и болтовню с тобой. Увидимся с Бриттани в понедельник, и, если будет по-моему, с тобой мы увидимся в аду, Бирн.
Он говорит это так, будто у него во рту говно. Забывает только одну деталь: скоро у нее будет та же фамилия. Я до конца не понимаю, что у него там с Никс, но, может, Мак знает.
Я только выехал из подземного паркинга, как у меня начинает звенеть шлем. Точнее, телефон, но звук идет через Bluetooth прямо в уши. Отвечаю, даже не глядя, кто звонит. Я уже еду к складу. У меня там новая игрушка, и руки чешутся ее опробовать.
– Алло?
– О, отлично, ты ответил. И где моя лучшая подруга?
Кровь в жилах стынет от ее слов.
– Прости, что?
– Я сейчас у нее в квартире, но ее тут нет. Хотела пригласить на обед, пока Ретт играет у Лив.
Дыхание возвращается в грудь, когда до меня доходит, что она просто не туда пришла. Моя Смелая девочка все еще у меня, в полной безопасности.
– Она в моем пентхаусе. Кто тебя туда привез? Дай трубку.
Она раздраженно фыркает, и я слышу, как передает телефон. В наушниках раздается низкий голос Киллиана:
– Сэр.
– Слушай, Бриттани сегодня в пентхаусе.
– Да, сэр. Какой пароль?
– Крендельки. Райан поднимет вас на лифте.
– Есть, сэр. Сейчас будем.
Он сбрасывает звонок, даже не дав мне ответить, впрочем, меня это устраивает. У меня работа.
Глава 26
Феникс
Мне потребовалось два часа, чтобы заставить Клару уйти. Знаю, звучит грубо, но я не имею в виду ничего плохого. Просто… все это время Ли буквально взрывала мой телефон. Она идет по следу того самого мужчины, у которого мы были до того, как сбежали. Когда я пошла в полицию и передала им все, что знала, этого хватило, чтобы без сомнений опознать моего отца и Дэвида. Но вот тот, с незапертой дверью – он так и остался призраком. Именно он впустил на территорию того мальчика, который в итоге меня спас. Но именно он несколькими часами раньше пытал и насиловал меня.
Казалось бы, я могла бы проявить хоть каплю милосердия, все-таки он ошибся, и это спасло мне жизнь. Но нет. Кто так думает, ошибается. Он заплатит. Так же, как и все остальные.
Я поднимаю трубку в тот момент, когда двери лифта закрываются за Кларой. Улыбаюсь ей и машу рукой на прощание, отвечая в телефон:
– Знаю, знаю, прости.
– Прости?! – визжит Ли так, что я отдергиваю трубку от уха. – Прости?! Я только что наблюдала за тобой через камеры Богатенький Ричи7, как ты устроила чаепитие с болтовней и икрой с его невесткой, пока у меня здесь настоящие новости!
Она всегда такая драматичная, и это я-то говорю, человек, который сам не прочь вспыхнуть. Обычно Ли действует тоньше, но когда ей нужно внимание, то она его добивается.
– Ладно, королева драмы. Это были вовсе не «болтовня и икра», а жирные бургеры с моей лучшей подругой, которая, между прочим, замужем за братом моего парня. Но она уже ушла, так что теперь я вся твоя. Что там у тебя?
– Да у меня тут все и сразу. Ты вообще меня знаешь? Его зовут Джерри Харрис, сорок восемь лет, двое сыновей. Женат двадцать восемь лет, жену зовут Джессика. Судя по всему, ни жена, ни дети ни о чем не догадываются. Оба сына ушли в подполье лет шесть назад. Думаю, можно с уверенностью сказать, что сменили имена и затаились.
– Где сейчас Харрис?
– В своем шикарном доме за чертой города, в Корри-Хайтс. Сегодня не работает, но вообще он числится в какой-то бухгалтерской фирме в центре.
Я уже добралась до офиса и начала метаться по комнате туда-сюда.
– Ладно. А что с остальными?
– Да, у меня список. Я уже начала ковырять их по-тихому – по технике прохожусь, но, Никс, когда доберешься до них – сделай так, чтобы они захлебнулись в собственном страхе. И да, пока ты на линии… Тут есть один тип, с которым я сейчас работаю. Куилл. Слушай, он чертовски хорош.
Вспомнив, что это имя Мак использует на заданиях, я согласно киваю: