Пока она говорит, лицо Мака будто рассыпается, весь его вид рушится на глазах. Он подхватывает пресс-папье со столика и с такой яростью швыряет его через всю комнату, что врезается в рамку на стене, и стекло с треском разлетается.
– БЛЯДЬ! – орет он и вылетает из комнаты.
Я хочу броситься за ним, он мой лучший друг, и я вижу, как он сломлен. Он нуждается во мне. Но она… она нуждается во мне еще сильнее. Сейчас она – мой приоритет.
– Райли была девочкой, в которую Мак был влюблен, когда мы были маленькими. Ее отец и мой дружили еще со школы. Ее отец – Дон Пяти Семей. Она сестра Элль. Однажды после школы она шла к нам домой… и просто не дошла. Пропала. И мы так и не смогли ее найти. Мак до сих пор винит себя в этом каждый божий день. Я раньше тоже корил себя – особенно в детстве, – но сейчас понимаю, мы ведь были детьми. Мы ничего не могли с этим поделать. Но, Никс, мы все это время были в Джерси. Какого хрена они могли увезти ее отсюда… а она оказалась в Огайо?
И тут меня накрывает, то, что она развалила… это было не просто звено. Это была гребаная сеть куда больше, чем мы думали.
– Я не знаю, Ки… Но те, кто меня держал… они были главными. На них работали другие. Их щупальца, скорее всего, тянутся куда дальше, чем мы можем себе представить.
У меня скручивает живот в тугую узловатую боль, как только она произносит это слово – хозяева. Я клянусь, мы разнесем этих ублюдков в клочья. Каждый кусок, каждую гниющую тварь – по частям.
– Эти слова… сообщение… что они значат?
– Дэвид, лучший друг моего отца. Он говорил их каждый раз, когда я пыталась сбежать, а он ловил меня. Прямо перед тем, как схватить. Он всегда это повторял. Это был сигнал. Они здесь. И они идут за мной.
* * *
Я успокоил Никс. Она позвонила Кэрри, дала мне подержать ее, пока хоть немного не пришла в себя. Теперь мы ищем Мака, прежде чем выйти к остальным. Сегодня вечером, когда она заснет, я встречусь с братьями и все им расскажу.
Стучу в дверь его задротской берлоги, жду пару секунд – и захожу. Он что-то печатает на своей клавиатуре, а перед ним мерцают мониторы, на каждом что-то мелькает с такой скоростью, будто сейчас сам NASA к нему подключится. Ни черта не понимаю, что это за коды, схемы и окна, но если ставить наугад, он точно ищет Райли.
Никс молча стоит в дверях, пока я подхожу сзади и крепко кладу руку Маку на плечо.
– Мак, ну пойдем уже, брат. Все это подождет, вернемся к этому позже.
Он вскидывает глаза и смотрит прямо на меня:
– Я не могу остановиться. Она ждет меня, Киран. Ждет, что я ее спасу.
– Мак, тогда мы были детьми. Сейчас у нас вообще нет зацепок. Она была там, когда Никс попала в тот ад, но ее продали почти сразу. А когда через пару месяцев ее вернули, Райли уже не было.
Его взгляд становится влажным, он резко втягивает воздух, будто задыхается:
– Она надеялась на меня… Она так нуждалась во мне… А я не смог.
Я хватаю его за шею и поднимаю с кресла, заставляя встать, а потом прижимаю к себе так крепко, как только могу.
– Мы были детьми, Мак. Семь и девять лет. Даже Роу и Деку тогда было всего двенадцать и пятнадцать. Мне чертовски жаль. И я сделаю все, чтобы ты получил свои ответы, чтобы эта история для тебя закончилась. Но сейчас нам нужно оставить это. Пока.
– Прямо сейчас – есть женщины, есть дети, которые страдают. Им больно сейчас, и мы должны их спасти. А потом, Мак… клянусь, я не остановлюсь, пока мы не узнаем всю правду.
Его слезы пропитывают мое плечо, пока он шепчет, едва сдерживая голос:
– Пообещай, Ки… Обещай, что мы найдем ее. Она заслуживает того, чтобы вернуться домой. Чтобы ее похоронили по-человечески.
То, как он это говорит… Как будто уже смирился с самым страшным, и меня это добивает.
– Да, Мак. Мы вернем ее домой. Как бы то ни было.
Я делаю паузу, даю ему немного перевести дух и добавляю:
– А пока, думаю, тебе пора завтра со мной съездить на склад.
Он кивает, отстраняется, быстро смахивает слезы. Делает пару глубоких вдохов – собирается. Возвращается в себя.
– Ладно. Пора выходить, – говорит он. – Знаешь же, весенние каникулы – все придурки уже тут.
Я не сдерживаю смех, потому что, черт возьми, он прав. Лучшие друзья близнецов снова здесь. Они всегда приезжают, когда выпадают каникулы. Роуэн, Деклан и Мак их терпеть не могут. А мне как-то все равно. Они, как и мы, выросли в семьях вроде нашей. Только разница в том, что у них еще есть шанс. Я сомневаюсь, что хоть кто-то из них пойдет по нашим стопам. И в этом их везение. Они выберутся. Им суждено делать великие вещи.
Взяв Никс за руку, мы с Маком выводим ее во двор. Это любимое место всех, кто бывает у нас в доме. Наш задний двор – просто мечта. Огромная, огороженная территория, которая с тех пор, как в нашей жизни появился Ретт Брейди, превратилась в настоящий детский рай. Тут есть все: игровая площадка, батут, зиплайн, и даже домик на дереве – специально для него.
Бассейн у нас олимпийского размера, плюс у него есть собственный домик – четыре спальни, не шутка. Патио забито мебелью, грилями, колонками и гирляндами. И даже проектор есть, для тех дней, когда хочется устроить кино под открытым небом.
Когда мы выходим во двор, он уже забит до отказа – высокие, долговязые подростки носятся туда-сюда, выплескивая энергию в играх с Литл Бэром.