- Знаешь, тут иногда бывает такая тишина, что кажется, будто ты сейчас услышишь, как кто-то дышит. От этого становится не по себе, – быстро успокоил клекот внутри себя подросток.
- Мне бы тоже было не по себе, если бы я знал, что кто-то подслушивает.
- С тобой бесполезно серьезно разговаривать, – закатил глаза мальчик.
- Аха, может быть, ты и прав. Ну не люблю я подобные сентиментальные моменты, ничего поделать не могу.
- Реалист долбанный.
- Не, скорее оптимист.
- Или у кого-то такая защита на смущение, – пробурчал Рин.
- Что ты там промяукал? – недобро дернул бровями информатор.
- Нет, ничего! Хочешь еще одно чудо?
- Единороги?
- Если бы.
Мальчик упал в ковер мягкой травы. Как только подросток коснулся спиной земли, и трава волнами начала ложиться от толчка, от миротворца стали распускаться с ужасной скоростью ярко пунцовые цветы. Они тоже словно светились. Рин задорно рассмеялся, веселясь от того, как удивился парень.
- Охренеть, – заторможено открыл рот Кайл, запертый внутри поля с цветами.
- Они такие красивые, – впав в обычное мечтательное состояние, с улыбкой поговорил Рин, осторожно проведя по широким лепесткам пальцами, словно они сейчас под собственным весом бутона отвалятся.
- Мне тоже нравятся.
Мальчик похлопал рядом с собой.
– Давай ко мне.
Кайл последовал предложению и уже через секунду оказался рядом с подростком.
- Сегодня еще и звезды видно, – загадочно сказал миротворец, глядя в ночное небо. Никогда оно не бывало, по его мнению, красивее, чем ночью. Бездонная затягивающая чернота, с крапинками звезд. Правда, больше половины являлись всего-навсего искусственными спутниками.
- Что это за цветы?
- Я не знаю. Думаю, они появились после апокалипсиса, – пожал плечами подросток, подложив под голову руки. Ему нравилось составлять диковинные фигуры и создавать непонятные даже ему самому образы из хороводов серебряных капель на черном шифоне, смешанным с тончайшим шелком. А млечный путь мальчик видел так, будто кому-то пришло в голову как-то разбавить однообразность, и он взял баллончик с бледно-серебристой краской и стал распылять ее по полотну, рисуя реки. Рину вообще казалось, что небо, в особенности ночное – тоже отдельный мир, такой же, как их, только лучше. И миротворец не раз задумывался о том, что кто-то сейчас вот так же лежит и смотрит на него, и точно так же уверен, что Рин – звездочка.
- И почему только ты все видишь?
- Не знаю. Так получается. Это будет нашим секретом, хорошо? – загадочно глянув на парня и приложив палец к губам, всем видом показывая серьезность, прошептал Рин, боясь нарушить звенящую тишину.
Кайл просто не мог позволить себе упустить хрупкий и нежный момент, в который удачно вписывался не менее хрупкий Рин, так стоически защищавший свой мир.
Приподнявшись на локте и повернувшись к мальчику, он еще раз позволил себе подробно разглядеть лицо подростка. Информатор не хотел упустить ни единого сантиметра его очертаний. Большие глаза в недоумении смотрели на него.
Проведя кончиками пальцев по скуле миротворца, он опустил руку на затылок и, потянувшись к нему, поцеловал.
Рин смотрел на него широко раскрытыми глазами, что-то пискнув, но не шевелясь. Он просто впал в ступор.
Давая привыкнуть мальчику и заодно еще раз намекнуть что у того есть шанс оттолкнуть, парень только прижался к его губам, легко касаясь их, не собираясь делать еще что-то более навязчивое. Но подросток еле отреагировал на такую ласку.
Отстранившись, он заглянул в часто моргающие глаза этакой ошарашенной анимашки.
- Ты что, испугался? – усмехнулся парень.
- Я просто не ожидал, – стушевался миротворец.
Кайл снова накрыл своими губами его. Рин незамедлительно ответил и, обхватив его шею руками, притянул ближе к себе.
Информатор, обняв мальчика за талию, теснее прижался к нему. Конечно, целовать, лежа на боку, было не то чтобы совсем удобно, но ради такого удовольствия стоило потерпеть.
«Ну что ж, вечер немного задался», – мелькнуло в голове парня.
====== Сладким и не пахнет ======
Память подсказывает мне, что я сделал это, а гордость говорит, что я не мог сделать этого. И память уступает. (Ницше)
- Все в порядке? – заглянул Джей в отведенную близнецам гостевую комнату. Подобные покои всегда строились для подобных случаев.
На улице давным-давно расцвела ночь, произрастающая из тишины. Все в поместье видели далеко не первый сон, и принцу пришлось злобным шипением поднять половину прислуги для помощи.
Хаотичная толпа служанок и слуг крутились и суетились вокруг подростков по личному требованию подростка, но не прикасались к ним. То ли боялись их равнодушного и близкого к жестокому хладнокровию выражению лиц, то ли что-то уже успело произойти. В любом случае, они боязливо поглядывали и только подавали сухую одежду и полотенца, забирая промокшие и пропитанные разбавленными кислотами, щелочами и другими химикатами, окончательно испорченные теперь перешедшие в разряд тряпок одежды. Из-за того, что мальчики много времени провели под дождем, их кожа немного покраснела от легких ожогов. Джей же подумал, что они просто успели принять горячий душ. А спрашивать показалось ему неприличным, как-никак воспитание давало знать о себе.
- Сегодня вы просто обязаны остаться в поместье. А завтра вас осмотрит врач. Мисс Грейс, – обратился подросток к сетующей от подобного поведения няне – Утром пригласите Дилана. Пусть снимет мерки. Я сегодня набросаю эскизы, а завтра он сошьет им одежду. Хорошо?
Дилан был молодым и талантливым портным, семья которого давно служила роду Дикинсов.
- Но, юный господин, уже очень поздно. А завтра у вас школа, пара заседаний, на которых вы обязаны присутствовать, а после ужин с Его Величеством Сэмануэлем. И вы сейчас собрались рисовать?
- Я и сам прекрасно помню свое расписание, – мельком глянул на часы подросток, прикидывая примерную затрату времени и уже в красках расписав наряды мальчиков.
- Но на новые эскизы уйдет много времени, и к тому же…
- Я все сделаю. И не нуждаюсь в излишних причитаниях, – поднял вверх руку принц, успокаивая возмущенную няню – А ужин с Сэмом можно перенести. Он поймет.
- Как скажете, – негодуя и скрипя зубами, чуть поклонилась мисс Грейс.
- Они раздражают, – равнодушно вместо ответа выкинул беленький. Служащие с неприкрытым ужасом на лице посмотрели на поздних гостей. Все замолкли и замерли, ожидая гнева наследника.
- Именно, – подхватила его полная противоположность.
Джей немного удивился и задумался. Еще никто так открыто и нагло не заявлял подобных вещей.
- Вышли вон, – тихо потребовал Джей и все тут же метнулись из комнаты.
Повисла тишина.
- А я вам не мешаю? – с некоторой издевкой поинтересовался принц.
- Мешаешь, – как отрезал.
На это наследник смог только хмыкнуть и уже собрался выйти за дверь, дав близнецам отдохнуть, предпочитая закрыть глаза на грубость, так неряшливо кинутую в его сторону.
- Постой, – окликнул его светленький.
- Останься с нами. Здесь, – продолжая мысль брата, закончил подросток.
- Вы оба странные, – блеснула в голосе растерянность.
Братьям было тяжело. Его присутствие травило, а улыбка завораживала. Они попали в клетку, и капкан намертво сомкнулся. Мальчики не хотели больше никогда видеть этого странного подростка, жить которому осталось не так уж и много. Близнецы уже предвидели его скорую кончину. Но, не смотря на нескрываемое чувство оттолкнуть мальчишку от себя, чтобы тот ненароком не утянул их за собой в преисподнюю, они так же с нескрываемым желанием хотели помочь, защитить. Что же успел сделать мальчик, что теперь они во власти обычного подростка? Когда они упустили момент? Тогда, когда он посмотрел на них глазами, в которых было собрано все самое святое и нетронутое – все небо? И в этих же глазах умудрился расположиться весь ад. Ошметки огня яростно обжигали нового знакомого изнутри, срывая с его полосы жизни рваные нити. Вселенная заключилась в его хрупком теле, рушившемся на глазах. Было непонятно одно – как две самые великие и страшные вещи смогли ужиться в нем, обычном мальчике? Они просто мирно сосуществовали спина к спине, не раздирая друг друга. Они держались за руки, и их невыносимо тянуло друг к другу. Это было странно, ведь ад и рай обычно разделяет полоса – земля.