- Старший, скажите, а почему вы считаете, что Великий План будет успешным? Тролли сильнее и кажется что у них больше шансов, а ведь есть ещё драконы, эльфы и не побоюсь этого сказать - сильные вершки. Разве кто-то из них не может нас опередить, - гоблин улыбнулся и посмотрел на меня. Чем-то это взгляд слишком напоминал мне то, как взрослые смотрят на ребёнка говорящего глупости.
- Потому что все тупые, а мы умные. Колдуны Троллей учат только своих детей, большинство даже учатся сами и не делятся своими знаниями. Юдишки и толком упоминания не стоят, а что до клятых древолюбов... Эти твари творят такую мерзость, о которой даже говорить противно, - гоблин заметно скривился, от чего мне стало любопытно, что такое делают местные эльфы, что ГОБЛИН, чувствует отвращение?
- Старший, а что такого делают древолюбы? С деревьями совокупляются? - на мой вопрос гоблин лишь фыркнул.
- И это тоже, причем это далеко не самое мерзкое, что творят эти отродья, - меня ощутимо передёрнуло, слишком живо в воображении появлялись образы эльфов и деревьев.
- Так вот древолюбы мерзость, а тупые юдишки не понимают этого, да ещё приписывают им исконно гоблиские качества: мудрость, силу, долголетие и красоту. Ну не идиоты ли? Хотя они сами те ещё уроды, что с них взять... Главное помни, мы лучше!Кроме того у нас есть сила, которой нет ни у одной из названных тобою рас и это великая сила дружбы! - я подавился собственной слюдой. Всё, что я сейчас услышал буквально кричало о том, что с этим миром что-то не так.
- Старший, а в чём она? - очередной тупой вопрос, но мне нужен на него ответ.
- Ты не видел толком мир за пределами гор, так что я тебе объясню. Помнишь своё именное зелье? Оно спасло жизни многим рабыням, что подарило нашему роду обильное потомство. Ты можешь гордится Ухыр, твоя Ухырка известна всей гобле от четырех сотен сборов и тем смышлёным вроде тебя, из тех что моложе, - я устал удивляться, но происходящее и возможные последствия пугали. Я просто не ожидал, что моё знание антибиотиков так быстро распространиться, и если мои предложения верны, у гоблинов ожидается демографический взрыв. Ничего хорошего для остального мира.
- Старший, я не ожидал, что о нём так быстро узнают. Да ещё и название уродское, - Высюк фыркнул.
- Нормальное название, не стисняйся. И пойми - какой-нибудь Хрен Во Рту, зельвар вершков мог бы до конца своих дней хранить этот рецепт как свой секрет. Тролли, драконы и большей степени юдишки тупые. Они как куча крыс в бочке грызутся между собой и толком не делятся знаниями. И если первые привыкли хранить секреты внутри семей, юдишки и вовсе воры, предпочитающие воровство честному обмену, - у меня заболели виски. Происходящее грозило оставить мой разум в смятении, так что я решил потихоньку завершать разговор.
- Старший, а что запланировано по Великому Плану в ближайшее время? - мне было интересно, ведь если хотя бы часть того, рассказывал Высюк правда, гоблины куда опаснее чем я думал ранее.
- Ты даже не представляешь, что грядёт, но не будем об этом. Обустраивайся. Отоспишься - подберём тебе подопытных, а заодно нужное расскажу, - причмокнув Высюк пошёл по своим делам. А я, смотря ему во след, понял, что этот старый гоблин не просто сволочь, но ещё и обломщик.
***
Сон как рукой сняло. Слишком сильны были переживания вызванные эти разговором, а так же вопросы оставшиеся без ответа. Понемногу моё беспокойство утихало. Медленно осматривая поселение гоблинов, я к своему ужасу понял, что передо мной не гора, а колоссальный термитник.
Осознание импульсов пронзило моё тело. Вон я иду по пещерам, а вот уже передо мной появляется гоблин лет тридцати верхом на термите размером с борова. Окинув меня взглядом полным недоумения, гоблин неожиданно переменился в лице, после чего учтиво поклонился и поспешил по своим делам.
Я стоял, как громом поражённый. Осознав всю странность сложившейся ситуации, я по-новому взглянул на своды, пещер и тихим ужасом понял что передо мною нечто сильно напоминающее цемент, причём очень прочный по земным меркам, ведь даже пустив по когтям Родословную, царапать его выходило лишь с большим трудом.
Я снова оглядел гору, с ужасом понимая, что она полностью искусственное творение. Эта гора, что достигала примерно двух километров в высоту, была городом-небоскребом.