Я осторожно влил немного своей силы в ремешок, и к моему удивлению тот открылся, а вместе с тем приоткрылась и книга.
- Вау... - я осторожно взял сокровищницу тайных знаний в свои руки.
Я до последнего ждал какой-то ловушки от прошлого хозяина этой книги, но похоже или время не пощадило оставленные сюрпризы или их вовсе в ней не было, и её создатель полагался на запор из чистой маны. Сейчас это всё не столь важно.
С небывалой радостью я распахнул книгу, оставаясь при этом настороже. Тусклое свечение страниц казалось необычайно загадочным, множество непонятных схем, изображений костей и черепов, сильно стилизованных глаз, и множества других иллюстраций буквально кричали о скрытых тайнах, только вот горящие бледно-голубые буквы совершенно не хотели эти тайны открывать. Я пару раз осмотрел содержимое книги, местами подмечая то, что напомнило какие-то инструкции, осмотрел то, что без сомнения было рабочими записями и с заметным сожалением снова закрыл книгу, вновь вливая ману в её замок. Целая кладезь нужных мне знаний скрывалась на этих волшебных страницах, как жаль, что они написаны на совершенно незнакомом для меня языке.
- Что сказать, глупо было бы считать, что всё так просто.
От размышлений меня отвлёк звонкий детский смех, для этого места воистину жуткий звук. Это не вызвало у меня привычного в прошлом страха или паники, лишь некую холодную ожесточённость, и готовность убивать неизвестную Тварь либо продать свою жизнь подороже. Мой человеческий страх умер в цепких лапах зловонного гоблина, остатки же померли в ледяной воде.
Я скрылся в Тенях, тихая убивая жертвенных выхлей, чтобы сформировать вокруг себя надёжный кровавый щит. Мой накопитель, а так же нож были при мне, так что я медленно пошёл на пугающий звук детского смеха, гадая что за жуткая Тварь, смогла миновать мой защитный барьер. Медленно приблизившись к источнику звука, я замер ища доказательства нереальности происходящего. Осторожно, боясь спугнуть жуткого монстра, просматривал пространство вокруг, как и трёх маленьких гоблинят лет семи - двух мальчиков и одну девочку, но сколько не всматривался видел лишь их одних. Мелкие чудовища, способные перегрызть глотку, монстры без жалости убивающие людей, при первой возможности - играли. Они смеялись, как самые обычные дети заворожённо смотря, как один из мальчиков заставляет прыгать грубо согнутое из коры подобие лягушки.
Не отрываясь я смотрел на то, как они играли, весело смеялись, и кровь стыла в моих жилах. Дети чудовищ - тоже дети, они играют и вполне могут быть не больше, чем обычными детьми, в то время монстрами их делает плохое воспитание и дурная наследственность. Но эти три маленьких монстра - дети. А кто тогда я?
Интерлюдия Лишь в пьянстве истинная трезвость
Величайший Самопровозглашенный Шаман Серых Гор чувствовал лютую жажду не стихающую не на мгновение. Эта проклятая жажда, вместе с причудливыми поколениями предков туманила разум.
Горлок-Морлок вскрыл череп ближайшего гоблина когтями и старательно перемешал содержимое. Голову тут же пронзил резкий зуд, и гоблинская душа потекла в глубь его ненасытного чрева. Он слышал крики, чувствовал боль и ненависть терзающие умирающую душу только древнему шаману было всё равно. Реальность дрогнула и поплыла в парах зловонного перегара. С упорством маньяка Древний пожирал громадные количества алкоголя спаивая саму реальность. Его могучий Древний Дух вновь обернулся Алкогольными парами, и душа древнего чудовища за пару ударов сердца преодолело месяцы пути. Он шел на родину той самки, что подарила ему жизнь, но вместе с ней и недуг всех дварфов.
- По праву Крови я призываю Власть! - алкогольная проекция хищно ухмыльнулась, о после разном коснулась десятков тысяч душ.
Дварфы могучая раса. Им по силам жить два человеческих века да и сам взрослый Дварф может быть сильнее очень старого гоблина. Только вот они проклятая раса.
Горлок-Морлок ехидно усмехнулся. Наверное у каждой могучей расы было своё проклятье. Тролли были могучими, Древними и Великими Колдунами, но их проклятьем было бессмертие утраченное их предками. Мудрые Тролли могли прожить столетия, но Достигнув возраста когда гоблин только становится Древним, они умирали. Гоблины страдали от лучей солнца, пускай и куда меньше чем некоторые живые мертвецы. Люди не имели проклятья, они и без него были ущербышами, выживающими лишь за счёт своей громадной рождаемости. Раса инкубаторов, что выправляет низкую рождаемость Великой Гоблинской Расы. Эльфы - больные на всю голову сволочи, это их изъян, это их проклятье. Проклятьем дварфов же была дикая неудержимая ярость, которую бородатые соседи топили в алкоголе. Но что будет если небольшое Королевство зловонных бород с ногами резко протрезвеет?