- Слыш братва, две пятюни тащат трофеи и вершков в нашу нычку, остальные со мной прибираются тут. Кто вершка тронет раньше времени или шо прикарманит - хер оторву. Понятно?! - рык вождя заставил гоблинов усердно закивать
- Панятна старший. Панятна! - кричали гоблины в голос, уводя пленных глубже в лес.
Грызук смеялся. Тупые вершки сдались без боя, подставив ему свои голые задницы испугавшись "пугоблинов" или как они сами называют - "чучел". Да, это были немного немало - чучела! Или пугала, хрен его знает. Гоблин усмехнулся за этот набег, он не потерял ни одного гобла-братана, зато получил более сорока самок, свеженьких и не очень, а так же десять вершковых самцов. Конечно, большую часть придётся отдать колдуну.
Убрав множество кривых фигур из палок, кусков коры, травы, и засохшей грязи, Грызук устало вздохнул, всё же несмотря на свой острый ум, подготовить сотни кривых копий гоблинов оказалось совсем не просто, причем не столько физически, ведь всех гоблинов отличает внушительная сила, это всё оказалось очень сложно сделать морально. Гоблин устало потёр руки, рассуждая, он и братва точно заслужили "спасти" женщин постарше. Грызук умный, он понял, что Жуткая Жуть любит самок вершков из тех, что могут стать гоблинами, а значит чем моложе - тем лучше!
Он и лучшие бойцы "спасут" женщин так, как сказала главная самка колдуна, те что не так хороши - "спасут" мелких самцов, но это после сперва нужно заполнить пустоту в желудке. Грызук подошёл к одному из прихваченных тел, уже собираясь начать трапезу, как вдруг замер. Он же Ху-ма-нист, а значит не может есть людей. Грызук не помнил, чтобы старший говорил что-то про трупы, но просто людей есть нельзя, а вождь был очень сознательным гоблином, так что подумав, он решил воздержаться и не есть плоть людскую. Плюнув трупу на лоб, гоблин обильно растёр слюну по его лбу, после чего произнёс.
- Нарекаю тебя гоблином! Всё, теперь можно жракать! - облизнувшись, Грызук приступил к угодному предкам "каннибализму".
***
Орм - крепкий мужчина сорока пяти лет, он же староста деревни Седой Ели, с грустью покидал свой просторный дом вместе с семьёй. Мужчина считал себя умным, и уже годы назад тайно подготовил подземный ход, за счёт своих тесных знакомств с могучим огненным троллем. Только и нужно было, время от времени продавать колдуну подгорного народа молодых невинных девушек, да сообщать где у соседей что плохо лежит. Не пыльная, но рискованная работенка. Этот союз дня и ночи, позволил Орму из обычного карла стать деревенским старостой, получить приличную власть для человека не являющегося рыцарем, а так же купить через нужных людей бронзовый медальон жреца Бога Плодородия. Низший жреческий сан, но даже он позволял своему обладателю проводить свадьбы, малые церемонии и собирать пожертвования на богоугодные дела, так что староста был уверен, что не пропадёт.
Конечно грустно было покидать обжитый дом, но три кувшина серебра, да пара кошелей полных лунного металла, должны были смягчить грусть от потерянного добра, и упущенных возможностей. Орм тяжело вздохнул, подгоняя жену и двух дочерей. Тройка крепких сыновей послушно следовала за отцом, от чего мужчина чувствовал лёгкую отеческую гордость за них. И всё же, он присмотрел трёх девушек, пропажи которых мало кто хватился бы, почти нашёл новый выход на троллей... Ещё бы пару месяцев, и можно было бы продать некоторых девушек из своей деревни, и получить немного серебра, так нет же, орда пришла раньше! Мужчина гневно сплюнул на земляной пол подземного хода. Это немыслимо! Теперь тролли получат всё это бесплатно!!! От подобной мысли, глаза старосты застилала ярость, он он трезво оценивал свои возможности. С троллями можно договориться, но лишь тогда, когда этот договор им будет выгоден, орда же сама возьмет всё что желает, это тебе не три четыре - десятка серокожих. Семья шла всё дальше, достигнув той части подземного хода, о которой не знали даже сами тролли, эту часть Орм с сыновьями вырыл сам, перетащив по ночам огромное количество земли. Дойдя до конца, мужчина улыбнулся, перед ним был замаскированный снаружи выход и лодка. Немного работы, и семья покинет ставшие опасными земли, и с помощью нажитого опасным трудом серебра заживёт новой жизнью. Осталось совсем немного, деревенские пусть сами выкручиваются.