С женщинами было сложнее. Проблемой был возраст некоторых, ведь среди пленниц был десяток совсем маленьких девочек, и пятнадцать подростков лет до четырнадцати. Так что всех маленьких девочек, я поручил своему гарему. Там, по крайней мере, им будет безопасно. Девушек постарше я оставил под присмотром, в то время как с взрослыми женщинами план был несколько иной. Часть я планировал оставить Грызуку и его банде в совместное пользование, пять же, по словам Мии, были теми ещё мразями, что подтвердилось с помощью кровавого прорицания. Одна отравила дочь своего мужа от первого брака, другая свела на тот свет племянников своего мужа, ради наследства. Третья не раз продавала собственных детей Обару.
Последние две в сравнении с предыдущими казались не такими отбитыми, они "всего лишь" были теми, кто предложил отдать Мию и её семью в качестве дани, они были теми, кто опоил их сонным зельем. Казалось бы, месть свершилась, ведь для жизни этим тварям я приготовил загон, который будет выступать борделем, для гоблинов из низов иерархии, только вот даже в таких условиях к ним будут относиться куда лучше, чем могли бы, но жизнь их будет далеко не сахар.
Но огорчало меня не это. Главный виновник - староста деревни, что вел мутные дела с моим отцом, избежал проблем. По словам пленных, подтвержденных кровавым прорицанием, он либо вовсе сбежал. Мне следует навестить ту деревню, и найти старосту чтобы восстановить справедливость! Ну и отобрать у него те деньги, что он сумел накопить конечно.
Оглядываясь на свои прошлые и нынешние решения, стоит признать, что я стал самым жутким чудовищем из возможных на Земле. Я стал - политиком. Этаким царьком крохотной группы людей и не совсем людей в руках которого собралась практически абсолютная власть. Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно.
Разобравшись с трофеями, которые принёс Грызук, предстояло придумать наказание, которое проймёт и его, и Мию. Разумеется, избавиться от них я не мог, мой второй вождь возможно отбитый, но он настолько эффективный, что смог противостоять колдующему вершку, а это многого стоит. А Мия, хоть и сильно накосячила, всё ещё моя любимая жена. Может, как человек я и не очень, но для своих людей и гоблинов я хороший человек, а значит, почему бы не привлечь всех провинившихся к строительству жилья и оборонительных сооружений племени.
- Вы ведь понимаете, почему я недоволен? – Передо мной был Грызук, его гоблины, а рядом стояла Мия, которую происходящее тоже касалось. И в ответ мне было молчание. Возможно, дело было в моей репутации, или же гоблинов нервировал трон из человеческих и гоблинских костей? Или всё проще, и дело в небольшом огоньке, с которым я игрался как с мячиком?
О нём хотелось сказать подробнее. Весь позитив, который я ощутил, занимаясь Жужей, позволил мне зажечь совершенно новый вид пламени, что не ожигал ни меня, ни мою одежду. Более того, я мог сжигать им цели выборочно по моему желанию. Единственным недостатком была лишь некоторая слабость по сравнению с моим обычным огнём. На первый взгляд повод радоваться, я испытал радость и получил новую силу, на деле же эта ситуация меня беспокоила.
Колдуны куда сильнее зависимы от эмоций, чем я думал, а это значит, что от них я могу получить как силу, так и слабость в лице депрессии, апатии и эмоционального выгорания, или же, если по каким-то причинам потеряю одно из своих чувств, вместе с ним уйдут и способности.
- Вижу, мне придётся объяснять. Я недоволен, Грызук, причём недоволен не потому, что ты исполнил идею моей самки, а потому что сделал это, не предложив перед этим изучить свои идеи мне. И ты, Мия, я понимаю, идея была во всех смыслах хорошая, но почему ни тебе, ни Грызуку, не пришла в голову идея дождаться меня и сообщить о плане? У кого есть что сказать? – мои слова, произнесённые добрым ласковым тоном, заставили даже Мию побледнеть.
- Муж мой, я понимаю, что поступила не разумно, но разве мы не получили выгоду? – Мия нервничала, даже несмотря на тот факт, что я не обещал ей какого-то сурового наказания.
- Ты права, но также это привело к некоторым проблемам, так что наказанию быть. А у тебя есть что сказать, Грызук? - слова, сказанные мной мягким тоном, действительно нервировали собравшихся, или же дело было в костяном троне? Надо бы добавить к нему черепов.