Шли годы, зрел мох. Горлок всё больше познавал дерьмо этого мира. Со временем он научился делать свои экскременты прочными как камень и строить из них то, чего душе угодно, камни же наоборот он научился обращать в дерьмо или во что-то ему подобное. Со временем, Горлок понял, что чудаковатость можно выделять не только испражнениями. Сначала он создал "призрачные какули", которые научился помещать в камни, в палки и в обглоданные кости... Размер правда ограничивался тем, что помещалось в источнике его силы, но Горлок не унывал, и спустя некоторое время научился "срать" ртом, глазами, руками, а после и всем телом.
Ещё через некоторое время он осознал, что создавая своё особенное "дерьмо" он может пожеланию помешать его в тех, кто его бесит заставляя их или просраться до смерти или же наоборот сдохнуть забившего их чрева кала.
- Круто! - Подумал Горлок и перебил два племени, используя свою силу для веселья. Лишь одна мысль в этом всём не давала ему покоя. Почему Гоблины так быстро кончились?
Время шло Горлок заработал репутация мудрого и жестокого шамана. Хотя откуда жестокость, Горлок не понимал - он же добрый!
Как-то варя чудоковатую настройку или иное варево, Горлок упоролся больше обычного, после чего начал видеть новые чудоковатости.
- Круто! - Подумал Гоблин и начал делать другие чудоковатые настойки, которые выходили с каждым разом всё более забористыми. И почему-то чуваки, что тусовались с ним, по совместительству являясь его пламенем, на отрез отказывались их пить. Горлоку стало грустно и одиноко. Горлок решил наведаться к соседнему племени, где его встретил местный Колдун, вызывая на бой.
Вот только этому колдуну тоже оказалось скучно. Да ещё и имя у него было крутое и чудоковатое - Морлок.
Так что вместо боя вышла дружеская пьянка. Но спустя две ночи, Горлок проснулся один, с голосом в голове, тяжестью на животе и грудой гоблинских костей по соседству. Неловко вышло одним словом. Но главное, теперь Колдуна мучил один очень важный вопрос: Горлок съел Морлока или Морлок Горлока? Помнил он себя и как Горлок и как Морлок. Тушка была вроде его, но может и не его - они с Морлоком были примерно одного роста, да и на рожу похожи... Так что хрен его знает кто кого съел, но оно в принципе и неважно, ведь ты - то что ты ешь. Значит теперь он не просто Горлок или Морлок, а Горлок-Морлок. Вдвое круче, вдвое могуче, вдвое чудоковатее! Горлок познал дерьмо и черпал из него свои силы, Морлок же черпал силу из браги. И именно знания мудрого Морлока позволили единому Горлоку-Морлоку осознать древнюю мудрость: брагу можно делать из дерьма!
Подчинив оба племени Горлок-Морлок начал заниматься важными организаторскими делами и производить стратегически важный продукт. Иными словами заставлял гоблинов просраться и гнал алкоголь. С опытом двух Вумных Колдунов Горлок Морлок упарывался вдвое эффективнее с удовольствием заедая алкоголь глюками, пока в один прекрасный момент, он не начал видеть мертвых. Души множества гоблинов, погибших по его вине.
Но прошло время и теперь уже Горлоку-Морлоку стало скучно, и он решил что Один голос хорошо, а семь лучше.
Не обращая внимания на кружащих вокруг, Горлок-Морлок поочередно вызвал на поединок оставшихся пять Колдунов. Он не боялся проиграть, ведь выходя на бой, он знал, что его противник один, к его Горлоку-Морлока - два. Потом его стало три, четыре, пять, шесть, семь... На седьмом съеденном Колдуне, Горлок-Морлок почувствовал что больше в него не влезет. Можно было бы удлинить своё имя, добавив к нему пять имён новых голосов в голове, но эти имена хоть и были чудоковатые звучали совсем не круто. Так что Горлок-Морлок называл голоса в голове или Горлоком или Морлоком, и пофиг что среди них были не только колдуны, но и колдуньи. Доброму шаману стало очень грустно.
Чтобы рассеять грусть Горлок-Морлок охотился на людей. Лёгкая добыча для Шамана, и его племени, ведь когда его воины сжимали в своих когтистых лапах стальное оружие, глупые вершки имели в лучшем случае оружие из прикольной бронзы, а то и вовсе бегали в шкурах с добьем. Глупые варвары - не чета, мудрым гоблинам.