Запоздало пришла мысль про полутролльи уши, ведь слух у них был куда чувствительнее.
Глава 8
Месяц спустя.
Бабье лето. Прекрасная пора. Особенно для прогулок. Особенно в обеденное время. Особенно для ректора. Она гуляла по саду каждый рабочий день с двух до полтретьего дня. Как я узнала?
"Для выздоравливающего пациента очень важно пребывание на свежем воздухе", - цитировала Нора Харгенваля, пока выпихивала меня в сад.
Кстати, я таки дожала подругу (выменяла на обещание не расчесывать заживающую рану на плече), и она призналась, что печать разделения находилась у ректора в кабинете. Тельвия Вайн, глава магистрата, амулет этот тщательно оберегала, а еще с завидным постоянством гуляла в саду раз в день целых полчаса. Иногда больше, если погода позволяла, а тот день был великолепным.
Я в третий раз шла по лестнице, ожидая, пока встречу секретаря. Видать задержалась на рабочем месте. Спустя мгновение она пулей слетела на первый этаж и помчалась в таверну около магистрата. Я незаметно юркнула за дверь и оказалась в коридоре, ведущем в приемную ректора, уверенно направилась в сторону двери, засекая время. До конца прогулки оставалось двадцать две минуты, плюс шесть на обратную дорогу. Должно было хватить.
Я две недели вынашивала и обдумывала эту вылазку. Нашла в библиотеке план магистрата, но ничего нового кроме того, что кабинет ректора был сразу за приемной, и в нем имелся отдельный туалет, не узнала. Определила график и привычки секретаря, даже пригляделась к ключам от ректората на проходной, прикинула варианты отмычек, узнала, как пользоваться печатью.
"У меня просто обязано получиться!"- думала, пока ковыряла скважину двери, но упрямый механизм отказывался поддаваться.
Немного воздушной магии, очень тонко и аккуратно, как учил Залугу, касанием магического перышка, и как по команде замок приемной открылся. Я убрала инструменты в маленькую сумочку на ремне юбки. Пришлось надеть форму, чтобы никто ничего не заподозрил. Горчичная рубашка, кожаная темно-зеленая короткая куртка с недлинным рукавом, юбка того же цвета до середины бедра, сапоги до колена. Нора заказала мне форму, пока я отлеживалась на койке в лечебном корпусе. Про штаны она благополучно забыла. Пришлось заказать их еще позже, но магистрантов много, а мастеров было мало. Ждала своих ненаглядных, как милого из похода, а они были еще не готовы. Но выбор, к слову, у меня был – платье… Раз одела свои штаны и Кроу не пустил меня на занятие. Хорошо, хоть тренировочный костюм можно было личный носить. Но, складывалось у меня впечатление, что после боевых и его надо будет менять.
Дернула ручку и заглянула в кабинет - никого. Шкафы с бумагами по обе стены, за левым дверь в кабинет ректора, стол, стул, огромное окно. Послышались какие-то шорохи. Сердце упало в пятки. Но отступать было нельзя. Скользнула к двери кабинета, на котором красовалась табличка с именем "Тельвия Вайн". Прислушивалась с минуту. Гробовая тишина. Оказалось открыто. Быстро зашла и закрыла за собой дверь. Часы подсказали, что до конца прогулки осталось девятнадцать минут.
"Надо спешить", - отлипнув задницей от двери, я осмотрела помещение.
Кабинет в зеленых тонах, много красного дерева и кожи. Из мебели – милый диванчик с кофейным столиком, встроенный шкаф слева от входа и два огромных стеллажа с книгами и полками по обе стены, рабочий стол с кожаным креслом, огромное окно, как и в приемной, еще одна дверь – уборная, исходя из чертежей здания, что я видела. Быстро скользнула к столу, но так и не успела открыть ни одной полки, когда дверца встроенного шкафа открылась (я чуть коньки не двинула), и оттуда с грохотом вывалился Акс.
- Ты что здесь забыла? – прошипел он.
- Ты, ненормальный, я чуть душу демонам не отдала! – мы перешептывались как змеи, - Какого черта тут делаешь?
- Я за печатью пришел! – ответил тролль.
- И я за печатью! - прошло секунд десять, и мы отошли от шока.
- Я смотрел: в тумбочках нету. Давай ты слева бери полки, а я справа, - скомандовал тролль.
"Отличное решение. Вдвоем мы справимся намного быстрее", - и как по команде, я и Акс двинулись в одну сторону.
- Да не то лево! – и в другую сторону опять вдвоем, еле разминувшись в центре комнаты, бурча что-то нечленораздельное и, очевидно же, нецензурное, приступили к поискам.
Время быстро уходило, а печать мы так и не нашли. Спустя десять минут безрезультатных поисков пришлось быстро ретироваться. Сошлись на идее сделать другую вылазку, но как только мы двинулись к выходу, послышался скрип двери приемной. Акс резко побледнел, насколько позволяла зеленая кожа, и выдохнул: