"Надо бы Нору сюда привести", - подумалось мне, - "Контрастный душ пошел бы ей на пользу", - вспомнила, как она дотащилась до унитаза, чтобы подарить ему парочку крепких объятий, потом на очереди был кувшин с водой, опять унитаз, а после она уползла спокойно умирать обратно в свое логово. Прям логово, ведь кровати в общежитии были необычные. Это была скорее ниша с широкой полкой у стенки и овальным матрасом под куполом. Действительно, логово. Нора, а потом и я, дополнили "потолок" тонкими балдахинами. В купе с ночниками, сонными безделушками, ароматными травами и цветами, книгами и другой атрибутикой уюта на полке вдоль стены, спальное место действительно можно было называть персональным логовом. Я свою кровать окружила кучей безделушек и запчастей от амулетов. Еще Залугу приметил во мне любопытство к магическим украшениям. Возможно, оно передалось мне от матери, ведь опаловые серьги она сделала мне сама, а заклятие было соединено с украшением очень грамотно, и работало так тонко, что даже магический купол магистрата без труда пропустил меня. Кучи медных заготовок, разного рода камушки, кожаные шнурки, инструменты, пара небольших книг краткого содержания о свойствах камней и магических растений, сушеный анис и небольшая тетрадь для эскизов. Если добавить запас провианта - мое логово становилось крепостью, откуда трудно было выкурить ее владельца.
А вот Нора больше просиживала в лекарском корпусе, лишь иногда уточняя информацию в книжках у кровати. На ее полке было весьма скромно: небольшой букетик из цветов, стопки книг по лекарским травам и огромный том по телепатии - фамильная собственность Надаля Луэна. Вспомнилось, что подруга в данный момент, весьма озабочена страданиями по похмелью.
"Ничего, я ей такой контрастный душ в комнате устрою!".
Нора знала, что я владею магией воды. Застукала меня в тот момент, когда ваза с цветами выскользнула у нее из рук, а я, по привычке, завесила воду в пространстве. Ваза, кстати, все равно разбилась, а водный прямоугольник так и висел в воздухе. Пришлось признаться, что я маг воды, но взять клятву, что никто не узнает об этом. Телепатка не особо озаботилась точным моим происхождением, и даже предложила мне поставить щит на эту часть информации в голове, пока я терзалась в догадках, а не докопается ли сам великий всея Надаль до воспоминаний своей ученицы. Идея казалась мне провальной: раскрыть самую страшную тайну человеку, которого постоянно тренирует главный менталист магистрата, но все прошло по странному гладко - Луэн даже не реагировал на меня. Больше обычного, разумеется. А вчера я таки поняла "почему". Оказывается, Нора была куда сильнее Надаля Луэна. Видимо, она выборочно пускала его в свои воспоминания, усердно делая вид, что это он ее сильнее. Сама же давно залезла бы к нему в голову, если бы не была такой воспитанной.
"Да она могла бы стать главным политическим оружием, если бы не внутренние убеждения. И, возможно, отсутствие двух вещей: всякой устойчивости к алкоголю и интереса к устройству окружающего мира, тем более, государственного", в голове стучал актуальный вопрос о том, как бы не выдать подругу главному магистратскому напыщенному индюку.
В комнату я вошла под страдальческие стоны о том, что "дверь можно было и тише закрыть, а то помимо всей возни на ближайших трех этажах вверх и вниз, ей еще и лязганья не хватало". Такому диапазону сил можно было позавидовать, а вот такому похмелью - только посочувствовать. Нора была цветом как самый обычный наг, бледно-зеленого, и пыталась дотянуться до стакана с водой.
- Ты же сейчас опять к унитазу рванешь, - забирая емкость под невнятные возмущения, сказала я.
Отыскала большую ложку в тумбе с приборами и пошла спасать подругу. За весь день мне удалось ее выпоить, а к вечеру ещё и накормить. Оказалось, Нора вполне успешно могла поставить мощный блок на мои воспоминания об их взаимоотношениях с Надалем, но процедуру решено было произвести в воскресенье. И к вечеру. А то и на утро понедельника. Кстати, последний выходной оказался таким же читально-отсыпным.