- Так открути этой девке сиськи, чтоб другим не было повадно, - воспряла злобным духом пьяненькая подруга.
- У тролля своя голова на плечах, - в конце концов это был выбор Акса, отказаться не так сложно, если есть ради чего, - Да вот только думает он членом.
- Тролль понимает законы стаи, которыми живет его племя. А как подкатывать яйца к обычной девушке совершенно не в курсе. Потому и принял помощь той психопатки, - завела по новой старую пластинку Вильма.
- Психолога, - поправила я заплетающуюся подругу.
- Не важно.
- Важно, потому что из-за одной психопатки я чуть сума не сошла, - спокойно объяснила девушке, - Причем из-за того же тролля.
Пришлось рассказать всю историю с зимнего бала, пропуская некоторые совсем интимные подробности, которых с особым вожделением жаждали совсем уж пьяненькие глаза Вильмы.
- Так, что-то нам пора закругляться, - наблюдая, как плывет взгляд подруги, констатировала я.
- Нет, Элис, ты только прояснилась, только глаза твои светиться стали, - указывала пальчиком Вильма, а я и сама чувствовала, как успокоилась, вспоминая наше общее с троллем прошлое.
- Я не хочу это чувствовать, - но судьба распорядилась иначе.
- Многие всю жизнь мечтают пару себе найти, а ты бежишь от нее на край света, - с какой-то нелепой завистью промямлила подруга.
- Тебя когда-нибудь связывали на неделю? - резко оборвала ее я.
- Просто так?
- Не важно.
- Важно, Элис, потому что ты как-то пьяненькая рассказала мне эту историю, - глядя с укором сказала Вильма, - Двенадцать попыток бегства.
- Я бежала из рабства.
- Я бы своего невольника на месяц бы к кровати приковала! А многие бы просто придушили и не мучились мо строптивым, - снова восстала подруга против меня.
- Пойду скажу троллю спасибо, - совсем зло ответила я.
- А вот иди и скажи. Я б тебе уже шею свернула! - хлопнув ладонями по столу, яростно отозвалась Вильма.
- Легкие ноги! - сбил весь гневный разговор возглас сбоку, и пара мужиков тут же стрельнуло в нас глазами, кто-то даже отсел немного, - Ты ли это? - вытянув меня за руку из-за стола и покрутив, удивился Ивар, не тот старый, что кофе торговал, а молодой и симпатичный из охраны министра, - Да еще и в платье!
- Это к Вильме все вопросы, - немного отойдя от злобы, фыркнула в сторону подруги, она действительно поставила условие, что не двинется с места, пока я в платье не переоденусь.
Синее, не яркое, припыленное скорее, длинное платье, которое мне кинула Нора в заплечник, расходилось милым колокольчиком, когда Ивар крутил меня вокруг моей оси, а квадратный вырез подчеркивал приподнятую грудь. Никаких намеков на пошлость, в Рамасе все девы были целомудренными, потому плечи были закрыты короткими облегающими рукавами.
- Ну, Вильма, и как ты заставила эту упертую женщину надеть платье? Она же со спины на симпатичную девушку даже стала похожа, - не унимался парень.
- Ох, Ивар, - пьяно потянула подруга, - Чего мне это стоило. Элис, - повернулась девушка ко мне, - Мне надо прогуляться.
Не могла с ней не согласиться. Вильма три недели жила на иголках и нервах, а спиртное такое не прощает. Казалось бы, и выпила подруга не много, бывало похлеще, а тут развезло ее совсем.
- Пошли на набережную, девчонки? - быстро сориентировался Ивар, - Сейчас же как раз месяц песен и танцев.
Второй месяц лета только начался, но у моря его ждали с огромным нетерпением. Все работы по полям были закончены, урожая еще не было, так что можно было нагуляться и наплясаться вдоволь. Работой страдали только ремесленники и рыболовы, но и те по вечерам оказывались на набережной. С каждой лодки доносилась музыка, у каждого причала стояли торгаши с вкусностями. Не то чтобы месяц выбрали таким особенным, просто в нем как раз шла череда праздников, которые и объединили под эгидой "нечего все сворачивать, ведь через три дня опять праздник". Потому набережная сияла огнями, разливалась песнями и содрогалась танцами.
Мы просто гуляли и слушали музыку, изредка подпевая, огибая танцующих прохожих и лавки с едой. Удалось и в парах сплясать пару раз, прохожие утащили с собой в общих хоровод. Полчаса неспешной прогулки, сменявшиеся бодрыми танцами, пошли Вильме на пользу. Пусть вечер был жарким, но морской ветер сбил с ее щек румянец и градус из головы. Взгляд девушки прояснился, но и потух. Опять.
"Свяжу и затащу ее за волосы в академию", - подумала я и ужаснулась.
Нет, решение было правильным. Подруга загибалась на глазах, губила себя простым нежеланием и нерешительностью к переменам. Уже даже Виктор внешне смирился, не в силах видеть лишь тень от дочери, ходящую по дому, а сама она все еще не набралась смелости. Но я мыслила, как тролль. Вспомнились слова рыжего о том, что он собирался меня повязать и увезти в Заллу в трюме корабля.