- Раз ты не можешь придти в кухню, мы придем к тебе, - спокойно говорил Гремор, усевшись около шкафа на пол, - Варика, подай мне яблоко, а то сейчас к нам присоединится Ксар.
А конь действительно пришел на ужин. Как оказалось, обычно он зависал на подоконнике в кухне, когда все ели. Вот и сейчас он был во дворе, но за яблоко согласился не лезть мордой в тесный домик.
"Гремор, Варика, а где же ее мать?", - вопрос меня мучил еще после сна, но я не отважилась его задать.
Может вышла, может в магазине, на работе, но и к вечеру никто не объявился, а орки ни разу не обмолвились еще о ком-то в доме. Такой расклад обещал тяжелую и грустную историю, потому я и не спрашивала. Не хотелось тревожить их сердец.
- Я сегодня в ночь выйду со стражей, - под конец ужина предупредил дочку вождь, - Караван должен придти завтра к вечеру, но они стали часто возвращаться пораньше, - с этими словами Гремор подхватил пару тарелок и ушел.
За ним вскоре ушла и Варика. А мне только оставалось, что укутаться в пуховое одеяло похолодевшей ночью и уснуть, чтобы не думать, как уходит Данте в пустыню.
Глава 13
- Мургат с демоном и тремя ребятами из его команды ушли два часа назад, - оповестил вышедшего в смену с охраной вождя ответственный за караул, - Наш караван еще не прибыл.
- Хорошо, может сегодня вернуться, - а они частенько приходили раньше, что уж тут, дорога домой всегда быстрее, - Как демон себя вел?
- Обычно, пожал плечами солдат, - Говорил, что-то советовал, дальше положенного в разговоре нос не совал, если Мургат предупреждал. Но вопросы задавал точные.
- Не глуп, короче, - Гремор давно уже это понял и так.
Данте был толковым. Вел себя осторожно, разговаривал дипломатично, но и непозволительным тоном к себе обращаться не давал. В общем, талантливый и умный был парень, но был и демоном. А вождю не хотелось, чтобы однажды к ним заглянуло очередное исчадие Заллы и снова забрало кого-то из орков от семьи только потому, что демон без своей пары жить не сможет. Потому Гремор и не подпускал их близко к своему народу, не хотел калечить чужие судьбы и семьи. Хватало того, что его дочь росла без матери.
- Совсем не глуп, - поддержал солдат, - Но взбалмошен. Пошутить любит.
- Хорошо, - глядя на совсем тусклый закат над далекими барханами, протянул вождь, - Чаю, давай, что ли заварим. Ночь уже холодная.
Так они и просидели еще пару часов за разговорами. Между кружками с чаем к ним наведался Ксар, которого вождь на ночь запер в конюшне. А ближе к трем караульный известил их о прибытии каравана.
Пока старший и ведущий караваном заполняли бумаги, можно было успеть сменить рабочую одежду и обдаться в душе, чтобы сбить песок и пот. Очень удобно, потому что после недели в пустыне, а то и двух, если передышки у хребта больше дня не дали, лишь завидев кровать, мечтаешь в нее упасть, а не идти в баню. В виду особо жаркого климата душ стоял в каждом дворе, даже были общественные, как туалеты, потому что в середине лета температуры поднимались до пятидесяти пяти градусов. Сейчас было примерно столько же, но хоть ночи были холодными, потому выходя из душа влажным можно было даже немного подмерзнуть, тем более, что длинные волосы оставались мокрыми. К моменту, когда полотенце впитало лишнюю влагу, а сменная одежда была надета, потребовались только три росписи, которые отделяли караванцев от постелей, потому у охранного поста, где сидел вождь, он всегда выходил в смену встречать своих ребят, столпились уставшие путники. Но три подписи не так много и очередь быстро развеялась, как и люди, спешившие домой.
"У них есть дом", - уступил очередь спешившим парень, - "Семьи. Любящие. Как это, когда тебя кто-то ждет?".
- Все было хорошо? - спросил Гремор, коротко, потому что относился к нему с неким, нет, не пренебрежением, но около того.
- Как и всегда, - пробасил провожатый, - Пара аномалий стали шире.
- К зиме они всегда становятся больше. Свободен.
"За каким лядом тут появился чертов демон? И с чего бы в нем чувство превосходства и высокомерия? Может и не демон это был, за капюшоном не видно, а пустынные аномалии за две недели разболтали эмпатию почти в ноль", - думал он по пути к своему углу, вспоминая встречный караван.
Обычно талант восстанавливался за сутки, но этот затяжной поход грозился большими последствиями. Передышки в Залле почти не дали, потому ощущения расплылись неосязаемым туманом к концу пути.