Я бегу все быстрее, быстрее и быстрее
Быстрее, быстрее и быстрее...
Я просто не могу жить в этой сладкой лжи,
И не могу оставить слепое сердце позади,
Ведь оно настоящее, ты хоть немного взгляни,
Но ты как и я, сгораешь гневом изнутри.
И я бегу все быстрее, быстрее и быстрее,
Быстрее за любовью.
Я не могу жить во лжи.
Тролля жгло, жгло будто он посреди костра стоял, где ярким пламенем горели все их ссоры, пустые обиды, тяжелые предательства, оскорбления на эмоциях и лживые поступки из мести.
"Да какая разница, кто это все начал? Главное - кто закончит", - ведь он чуял ее эмоции, когда сам выступал.
Нельзя на арену висящих амулетов, строптивица сняла проклятый камень с шеи, приоткрыв свои эмоции. Акс танцевал и среди тысяч остальных сердец слышал только ее. Элис смотрела на него, руку на отсечение можно было уложить, не отрываясь. Не так, как однажды тайком и с опаской любовалась в племени, не так, как той проклятой весной заглядывала за отворот рубашки, мгновенно вспыхивая от непослушных мыслей. Она смотрела и с тяжелой тоской вспоминала, как сама была в его сильных руках, в его теплых объятиях, была его.
Ты не спросил и насильно пленил мое сердце,
Но я не позволю держать меня в клетке.
Я жива, я дышу и вырываюсь на волю.
И не сдамся, хотя на мне твоя метка.
Я бегу все быстрее, быстрее и быстрее
Быстрее, быстрее и быстрее...
Я не могу жить в придуманной лживой сказке,
Но не в силах спрятать все свои чувства,
Они лавиной застилают сердце и разум.
Прости, я не могу жить в мире иллюзий.
И я бегу все быстрее, быстрее и быстрее,
Быстрее за любовью.
Казалось, что дрожали все стекла от силы ее голоса, чужие эмоции от силы этой песни, а тролль молился, чтобы от его потрепанного сердца что-то осталось после того, как оно изжарилось в этом пламени.
Строптивица не просто спела. Она залезла этими словами в душу каждого, а душу Акса эта лягушка украла. Нагло выдернула, не прячась, и схоронила в ледяных ладошках. Даже зверь замер. Он по-прежнему отчаянно желал, чтобы блондинка обращала свой взор только на него, но уже не так злился, присмирел, услышал, понял. Когда-то Элис, будучи рабыней, одним своим взглядом затравленных и испуганных голубых глаз останавливала сердце зверя, а сейчас свободной девушкой донесла слова песней и своим проклятым голосом. Она ведь даже не к Аксу обращалась! Пела!
"Ведьма".
Элис.
"Я победила", - будто не веря цифрам на табло, убеждала себя, - "Я победила!".
- Элис, - окликнул меня феникс.
- Данте. Я победила! – кинулась тому на шею незамедлительно.
- Ведьмочка? – донеслось откуда-то сбоку…
Пока я подбирала челюсть и смущенно отпускала Лестата, блондин сложил руки на груди и взглядом меня чуть не раздел, будто я ему изменила.
- Итак, - повторился брат-близнец феникса, - Кто-то пронюхал, что вы не тренировались в паре или то, что вы в ссоре, так что следующая дуэль парная, - черти бы этих крыс побрали, мы ведь в лекарском корпусе те две недели по обмену просидели, - Постарайтесь хотя бы в ничью сыграть.
- Ладно.
- Еще есть время, в очереди две пары, - глянул на табло капитан, - Хоть договориться попытайтесь. Данте? - "обезвредил" брата каким-то поручением Лестат, толкнув меня в плечо к отдельной комнатке для подготовки.
Акс уже был там и не стал затягивать, просто не обернувшись сказал:
- Проще будет, если все сделаю я.
- Конечно, что может хилая человечка? – аккуратно пальчиком ткнула тролля в спину, куда не так давно ударила ногой, отправив нас обоих в госпиталь.
Тролль выпрямился мгновенно, даже, кажется, хотел схватить меня за руку, но сдержался.
- Ладно. Каждый сам за себя.
"Упрямый".
- Может, вместе?
- Ты мне не доверяешь, - без особых эмоций сказал рыжий.
- Ты мне тоже.
Повисло тяжелое молчание.
- Тогда, ты бей в спину… - начал было старую песню тролль.
- Акс… - но я была бесцеремонно перебита.
- Я буду бить в зубы.
Снова повисло молчание.
"И договорились, вроде, а все равно старая обида проскочила".
- Ладно, - а что мне еще было говорить, не отпираться же, тем более, что дельных вариантов больше не было.
До самого начала дуэли мы молчали. Прошли все стандартные процедуры.
- Победа по опустошению резерва, потере сознания, безвыходному положению, телепортированию защитником, истечению времени битвы и последующей оценкой судьями и профессорами. У вас двадцать минут. Сдаваться можно, - четко проговорил заученные фразы судья и предоставил нам выход на арену, дождавшись разрешения.