"Маяк, значит", - екнуло у тролля, - "То есть теперь ее в любой точке планеты сможет найти Кроу. Или переместить в другую точку Надаль", - вроде и звучало не плохо, но что-то смущало, - "Вряд ли Архон знает еще портальника, чтобы провернуть такой трюк".
- За твоей непривычно белой косой никто и не увидит, - как бы между делом, отозвался тролль, - Что это за камень?
- Это голубой турмалин. Такие редко встречаются, хотя он полудрагоценный, просто окраска не типич...тссссссс, - и пока она на полном серьезе рассказывала какую-то муть про амулет, Акс четким движением проткнул иглой ухо, себе он сам серьги бил, потому рука не дрогнула, - Это подло! - ее пальцы быстро оказались около иглы, но парень их заведомо перехватил.
- Рано, - у самого уже ухо отгорело вслед за эмоциями строптивицы.
- Дай хоть немного подморожу, - Элис вечно спорила, но не так, в том момент девушка даже не упрямилась, просто бубнила, заставляя зверя скрестись за грудной клеткой. Она точно не спорила, она скорее жаловалась, оттого ипостаси отчаянно хотелось укутать блондинку в мягкие лапы и прижать хвостом, потому и выцарапывался тот изнутри, - Огнем горит.
- Пусть горит, - не сдавался парень на милость щенячьим глазкам, - На, сережку охлаждай, - она послушно закрыла ладошку.
- Почему ты сам решил мне пробить дырку? - в установившейся тишине спросила беглянка.
У Эйраксиса сбилось дыхание.
- Потому что ты посеешь мне рабочую иглу, - быстро нашелся тролль.
- Ой, да ладно. Не такая я безнадежная. Решил отомстить за порванное ухо? - Акс и рад был, что она не догадалась и нет.
Отчаянно хотелось, чтобы строптивица его поняла, но и боязно стало.
- Твоя память тебя в могилу сведет когда-нибудь, - сам парень не признался, - Ладно, ты лишила меня такого ценного места, куда ж мне подаренные девчонками серьги теперь вешать? Конечно это месть.
- Ну, одно место ты уже нашел на практике, - отведя взгляд, ответила блондинка.
- Это был спор, - серьезно начал тролль, - Я проиграл Шааре. Ту серьгу мне не дарили, - и пока Акс рассказывал, что они там не поделили с этим болтливым торговцем, ее вдруг осенило.
- Моя память меня в могилу сведет, - перебила Элис парня, - Говори в следующий раз прямо, потому что я почти никогда не понимаю тебя. Что для меня законы троллей? – глянули бледные голубые глаза в душу, ладно, раз судьба решила закинуть зерно здравомыслия в эту светлую голову, то и парень не стал упрямиться.
- Думаешь, так легко объясняться, когда ты тролль? - спросил через силу Акс, - Они потому все и непонятные для людей. В наших законах больше поступков, нежели слов. Мы не говорим, мы делаем. Иногда ужасные вещи. Но все равно, мне проще сделать, чем сказать.
- Акс, - исходя из эмоций, это "Акс" ничего хорошего не предвещало, - Я как-то украсила твою прическу в племени. Я ведь не знала, но ты же понимал. То, что произошло после, это ведь была проекция?
- Я глупо поверил в мечту, - тихо сказал парень, понимая, что и сейчас был не прочь сдаться слепому сердцу, - Забудь. Это было давно, а я был слишком молод, чтобы встретить правду достойно.
- Акс… - одно второго хуже было, как понял эмпат по ощущениям, - Тогда в апреле, после побега, в бане…
Сначала та ночь ему снилась, как наяву, потом Элис приходила в нее бледной, холодной и мертвой утопленницей, превращая в кошмар, но это было самое теплое в тролле. В ту ночь он был счастлив и искренен. Та ночь больше бы не повторилась. И Элис старательно пыталась отдалиться от парня, не давая даже шанса на то счастье, каким светились глаза Акса.
- Что для тебя законы троллей, - сказал он, глядя в голубые озера, пытаясь найти хоть какую-то надежду, но слово "забудь" так и не произнес, - Давай серьгу, - с той минуты девушка сидела смирно, как бы не болело ухо, а ведь застежка была необычная, а спиральная. Гвоздик бы мешался и мог выпасть, а спиральный блинчик держал мертво и не выглядывал, только его пришлось провернуть через свежую дырку, - Готово. Можешь подморозить. И она все равно немного выглядывает. Камушек большеват. Надо было брать гладкий и прозрачный. Смотрелся бы как капелька. Да и золото тебе не идет.
Выдал Акс свои мысли. Он бы и хотел подарить ей что-то, тролль сам любил украшения, но когда-то Элис отказалась от аметистовой фиолетовой броши, которая красиво оттеняла ее глаза. Не прикоснулась. И это отложилось в памяти.
Они провели наедине минут десять от силы, а упрямая успокоила своими спорами и тролля и зверя. Пока не противилась, пока не била в слабое, не резала по живому и не крутила хвостом с демоном перед носом рыжего, Элис становилась отрадой ипостаси. Мягко окутывала даже своими неловкими спорами ни о чем, мелодичными жалобами и откровенными взглядами.