- В племени слабость не в почете, - боги, я как представила вышеописанную картину, чуть смех сдержать смогла, - Он как маленький ребенок всегда был во время болезней. До сих пор пытается доказать окружающим, что может обойтись собственными силами.
- Станьте голосом его разума на ближайшую неделю, хорошо? - я кивнула, а что было делать, когда сердце разрывалось, - Идите сюда. Вы практиковали когда-то водное лечение?
- Я смогла удержать и перенаправить кровотечение в подмышечной артерии пока шила сосуд, когда на нас напали в море, - так себе воспоминания, - Моим пациентом был, на счастье, тролль. Он потому и выжил.
- Для подобной концентрации нужно много сил, - оценил лекарь, - Вы молодец.
- Еще я лечила Залугу после падения, - и опять же тролль, - Он сильно ударился о воду одним боком, потому часть внутренних органов было в кашу. Легкое спасла плевра. Оно спалось, и кровь остановилась, не имея выхода. Первые сутки он еле прожил, но я ждала, пока тромбируются сосуды, чтобы вывести жидкость, снять давление с сердца. На втором легком он и выжил. А у печени быстро восстановилась капсула, после того, как я ее подлатала как могла. Дня за два, но те дни я не спала. Залугу, будучи синим, еще недели две после падения позеленевший был.
- Билирубин не обрабатывался, - тут же объяснил профессор, - Обычные люди желтеют. Но синий с желтым дает зеленый. Его не беспокоил зуд?
- Меня беспокоил.
- Вас?
- Его зуд. Я думала руки привяжу, чтоб он не расчесывался, - а Залугу как собака вшивая да плешивая чесался, аж зубы сводило.
- Опыт, конечно, не большой, но очень ценный. Дайте руку. Вот это, - и я почувствовала движение водной энергии под ладонью, - Спинной мозг. Но выглядеть он должен по-другому. Попробуйте на здоровом участке по-выше, - я положила руку между лопаток тролля и попробовала то, что показывал Харгенваль.
Я попробовала почувствовать воду сквозь кожу и кости.
"Тоннель. Костный, почти не ощутимый магией. Много жидкости внутри, чуть меньше снаружи. Это оболочки. И тоненькие волоски нервных волокон друг к дружке, плотненько. Только по краям расходятся каждый пучок в свое место: к плечам, к рукам, вдоль ребер, под кожей".
- Удивительно.
- Конечно. Когда маг почти не сопротивляется, то все видно четко. И Эйраксис тролль. У него физически все больше. Легче просматриваются поверхностные структуры, как под лупой, хотя костный мозг и находится в канале из позвонков. Вернитесь теперь к месту травмы.
Я снова переместила ладонь на шрам.
"Тут они идут неровно, два сгиба, которые упираются в стенки канала. Немного разлохмачен".
- Не так как сверху, но сносно.
- Уже да. Раньше и канал был деформирован, потому ствол имеет два изгиба. Время и чудесная регенерация расы Эйраксиса сделают свое. Нужно только немного помочь. Мышцы будут активно стремиться вернуть все на старое место, потому сейчас позвоночник на долговременной фиксации. Когда связки восстановятся, недели через две, ее можно будет снять, а сейчас будем постепенно вводить реабилитационные упражнения.
- Колено у него восстанавливалось как раз полторы недели, - вспомнила я племя.
- Да? – прикинул наг, - Наверное стоит немного дольше подержать его в постели. Акс был моложе, да и колено не такая сложная система, как перебитый в прошлом позвоночник. Это важная информация, хорошо, что вы сказали. Он бы не признался.
- Точно, - и тут я осознала, что гладила пальцем спину тролля, потому резко отдернула руку.
- Вы боитесь? – удивился Харгенваль.
- Это по привычке. Я забыла, что он спит.
- А чтобы случилось, если бы он не спал? – вкрадчиво спросил профессор.
- Акс бы и подойти не дал. А если бы и дал...не знаю. Или ворчал или смолчал.
- Ну, теперь он спит, - напомнил очевидное Харгенваль, - Снотворное я намеренно концентрированное налил. Можете делать, что вашей душе угодно.
- Это неправильно.
- Правильно было бы сказать ему, что вы хотя бы наг и не провоцировать сон лошадиными дозами препаратов, - кажется, кого-то это не сильно устраивало.
- Я не об этом. Теперь чувствую себя еще более виноватой.
- А про что вы? – все же поинтересовался Харгенваль.
- Про то, что не стоит делать с беззащитным то, что мне угодно, - точно не хотелось, чтобы со мной так поступали, - Я ведь не знаю, может он против.
- Я почти уверен, что он будет не против, - пошел снова выставлять склянки лекарь, - Возможно поупрямится, но плохого или неприятного вы ему своей лаской не сделаете, - повисла пауза, - Элис, он скоро обратится.
- Я знаю.
- Не представляю, как вы будете разбираться с этим, но сейчас вы оставили его в самый тяжелый перед обращением момент, - таких нюансов мне никто не рассказывал, но...