И от этой мысли чуть не вывернуло. Хотелось бы мне, чтобы было по-другому, но осознание того, что истинная пара тебя забыла, пусть это был упрямый жестокий тролль, который покалечил мою судьбу, окончательно сорвало все резервы, тормоза и ограждения.
- Лиили? - совсем обеспокоенно и с какой-то горечью переспросил рыжий, - Самому непривычно, да и уши торчат, - попытался изменить ситуацию, не понимая истинных причин такой моей реакции Эйраксис, но ничего не помогло, - Эй. Что с тобой? - наклонился было парень ко мне, а короткие пряди выпали из мокрой прически.
Хорошо, если они до носа доставали, затылок с висками вообще были ежиком.
Эмпат не успел меня коснуться. В последний момент я телепортировалась в озеро под лед. Хоть так себя в единое целое хотела привести, но все равно разрыдалась в ледяной воде. Она так и не замерзала до конца, потому что на дне все еще тлел источник силы Архона. Наверное потому меня так тянуло к озеру. Захотелось оказаться маленькой девочкой и спрятаться у брата от всего происходящего, а брата душить своим горем не хотелось. В озере, рядом с кусочком энергии его демонического сердца, было легче, будто Архон был рядом. Хотелось все забыть, как забыл тролль. Чьим испытанием это было?! Судьба раз в полгода награждала нас то нападением телепата, то встречей в Громграде и орками, то пустыней, а сейчас как начала с обращения, так и била то одного то второго проклятиями, лихорадками и болью! От этого я разревелась в голос.
"Почему не перевелась?".
Не знаю, долго, скорее всего нет, потому что вода была холодной даже на дне у источника, но в итоге я оказалась на пороге у дома ректора. Едва постучала, и дверь открыл Харгенваль, лишившийся дара речи.
- В озере Кроу, - а я, не удивительно, заикалась, - Лучше не купаться, - предупредила лекаря, и собралась домой.
Неудобно было бы, если бы кто-то по весне умер в ядовитой воде, решив искупаться.
- Куда?! - насильно втянул меня Харгенваль в дом.
Спустя пару минут я уже была в огромной ванне нага, явно для обращений, куда он набрал теплой воды. По пути глянула в зеркало и поняла, почему у Замлерона отвалилась челюсть на пороге: бледная, облепленная мокрыми спутанными прядями, с синими губами. Не сирена, а утопленница. Но, медленно я отогрелась, даже обернулась, выпустив из ванны часть хвоста, почему-то хотелось быть в истинном обличии. А спустя какое-то время плеча коснулась теплая женская рука.
- Это потому что я наполовину демон? - тихо спросила Тельвию, не оборачиваясь.
- Всем больно. Демонам больно, и людям, и сиренам, - тяжело вздохнула женщина, - И троллям больно.
- Он ничего не помнит.
- И не понимает, почему простая нежность выбила тебя из жизни, а обычная стрижка довела до срыва, - попыталась оценить ситуацию со стороны Эйраксиса демон, - Он ведь и у озера с тобой рядом просидел. Ты не поверишь, но сейчас Акс боится. Если бы я поцеловала девушку, которую люблю, а та разрыдалась, наверное, я бы испугалась.
"А сегодня на мне даже антиэмпатического амулета не было".
- Хоть дай ему причину, Элис.
Ладно. Это было честно. Он имел право знать, потому что еще ни разу не посмел меня обидеть.
"Проклятье".
Акс.
Голова была готова разорваться от боли, и двадцать минут у озера зимой на снегу прямиком из душа мокрым, хоть и одетым, вообще не лечебными мероприятиями являлись. Тролль коснулся пальцем груди, и по коже высветилось проклятие. Верхний, самый легкий, круг почти исчез. Кроу как-то отозвал Акса к себе в кабинет и полностью разъяснил всю суть заклятия Мордекая, не вдаваясь в отношения рыжего и блондинки. Память памятью, но непосредственно эти печати на груди парня делили все его воспоминания по тяжести. И как по законам физики, первыми всплывали самые легкие, добрые, светлые. Что появится последним, тяжело было представить. Можно ускорить, но что-то никто не отважился рассказать рыжему о его прошлом, о их прошлом.
"Да что же там", - вспоминая всю боль Элис, которая рвалась из девушки под водой, гадал Акс, - "Надо согреться", - а у тролля заледенели ноги, что было немыслимо и, кажется, началась лихорадка.