- Ладно.
- Я быстро, ведьмочка, - чмокнул Данте мой нос и испарился, пока я пыталась не закипать в тени дерева.
Какое-то время я вглядывалась в статую, а с фонтанчика на меня пристально смотрел демонический конь, пока я пыталась не растечься горячей лужей, но за каменной головой небольшого изваяния мелькнуло что-то слишком знакомое. Теплое. Рыжее.
"Акс"…
Я даже не спрашивала, я знала, не смотря на всю нелепость и невозможность этой ситуации. Но я узнала этот цвет наверняка. Только то, что я увидела, совершенно точно не могло произойти: за стеклом какой-то лавки, кажется, кожевенной, стоял тролль. На руках у него был крохотный сверток, да он практически в огромной зеленой ладони мог уместиться. Акс бросил взгляд по сторонам, будто опасаясь, что кто-то увидит, а после повернулся к тряпке и улыбнулся. Он улыбнулся, а мое сердце встало. Из крохотного свертка неуклюже потянулась детская ладошка, и тролль большим пальцем намеренно попал в цепкий захват, аккуратно уводя любопытные пальчики от клыков. Мое сердце не собиралось идти дальше. Оно хотело остаться здесь, с этим видением. Как когда-то я мерещилась Аксу в толпе на протяжении многих лет, так сейчас его призрак не позволял мне дышать.
- Элис, - как испарился, так и появился из ниоткуда Данте, и я глянула на блондина, - Ты не представляешь, чего мне стоило пробраться через всю толпу у мороженщика…
Феникс что-то рассказывал, а я снова бросила беглый взгляд на лавку. Но там уже не было Акса. Там был темноволосый мужчина в военной форме. Теперь уже он держал ребенка. И мое сердце медленно стало стучать, в надежде снова увидеть свою пару.
- Вечером там толпы народа, так что давай возьмем чего-то быстрого из еды и заберемся куда повыше?
- Что? - наконец-то заставила я себя оторваться от витрины глазами и мыслями.
- Все в порядке? - тут же уловил изменения в настроении феникс.
- Я перегрелась, - однозначно перегрелась, - Сейчас станет лучше.
- Тогда, может домой?
- Не рано? - мы вроде собирались напрочь сбежать, или я опять что-то не понимала, - Прием еще идет.
- У меня есть идея, как окончательно выпасть из подозрения.
И это была не идея, а ужас. Мы вернулись самым простым, быстрым, и заметным способом: официальным порталом, с официальным запросом. Что бы даже документально подтверждалось наше отсутствие. Но самое нелепое: Данте так непристойно себя по отношению ко мне вел, еще и подыгрывать заставлял, в самом людном месте, что нас чуть не за уши, как маленьких провинившихся детей, притащили на порог особняка.
Естественно, все сомнения мгновенно отпали!
"Демоны".
Вечером, когда Хильфалингер старший уже хотел устроить разъяснительную беседу, от наигранной вины на лице его старшего сына не осталось ничего. Он чуть не силой затащил отца в кабинет и долго с ним разговаривал. Так долго, что уснула я одна.
Но проснулась в компании букета красных роз.
- Это, чего это? - вяло промямлила в окружающее пространство.
- Просто хочется, - у Данте это был аргумент, - Тебе идет красный, ведьмочка.
- Неяркий, немного с оранжевым оттенком и припыленный.
- Цитата из твоей подружки, - улыбнулся блондин.
- Цитата из моей подружки, - повторилась я следом.
- И все же, мне нравится, как ты выглядишь на моей постели, - а она у демона была, угадайте, красной, - Пошли, купим тебе алое платье.
- Платье? Опять… - аж передернуло, - Данте, меня так утомляет это общение с портными, швеями, походы в ателье и по магазинам…
- Хаэлис, - мягко улыбнулся демон, а я насторожилась, ведь он практически не называл меня так, - Твоя память тебя погубит.
Глава 23
Его сделали слишком быстро.
Я просто не успела опомниться, как это демоническое платье кровавой лужей лежало в комнате, а после растекалось по мне.
Оно было великолепно, как и все у Хильфалингеров. Алый атлас, открытые плечи, расшитый мерцающими и горящими камнями лиф, длинный шлейф.
Вероника дала мне фамильный набор из изумрудов, как было принято у Хильфалингеров. Анаис была в них на играх, когда Лестат просил ее руки. Только широкие браслеты с драгоценными камнями скорее были для меня кандалами, а узкая, ровно по шее, золотая лента звеньев с изумрудами была как ошейник. Я больше была похожа на мутное пятно на фоне алого платья, золота и зеленых крупных камней.
"На Веронике они смотрелись бы волшебно".
Тяжелые темные волосы, красная помада и глаза в цвет металла создали бы роковой образ. Мать Данте точно была бы на первом плане, в то время как я терялась за всем этим буйством красок, роскошеством и блеском. Браслеты словно не давали поднять руки, а ошейник тянул к земле. И если платье мне диктовали традиции демонов, украшения, что совершенно выводило меня из себя, традиции дома Хильфалингеров, то к волосам я притронуться не дала. Оставила распущенными, чтобы хоть легкая волна отличала меня от всех этих пафосных демониц.