Тоненькая, лёгкая и тёплая, и гиацинтовый аромат бьёт в нос, вышибая воздух из лёгких и последний разум. И почему-то почти не чувствуется удушающее действие клятвы, и ладони не ощущают хлестания молний — так, те чисто для порядка покалывают кожу.
Её ухо, маленькое, аккуратное совсем рядом с его носом, и щекочут огненные пряди, а его руки сами собой приходят в движение, снизу вверх, от тонкой талии ведут выше, ни быстро, ни медленно, но разжать объятие у Ара не выходит.
Глава 25. Часть 2
Он почти дотянулся губами до нежной ушной раковинки, когда в его сознание пробился комариный писк. Он потряс головой. Писк оформился в девичий голос.
— Поставь меня, Ар.
Она и так стояла, зато маг словно над обрывом кружился. Тонкий дрогнувший голос вернул на место: четыре стены, небольшое приоткрытое окно, стол и полочка с кружками над ним. Ладони, скользнув до самой груди под плотно прилегающей тканью платья, неохотно разжались. Он быстро шагнул назад, чтобы она не успела… не распознала…хотя не такая уж наивная и неискушённая девочка, наверняка и успела и, так сказать, прочувствовала. Элге провела руками по платью, поправила светленький передничек в пляшущие тёмные мушки…или это перед его глазами пляшет?
— Спасибо, — не оборачиваясь, сказала она.
Не глядя, подцепила и обула свалившуюся при падении туфельку.
В этом помещении всё надо переделывать под неё. Высоту шкафчиков, например. И… Отшельник ретировался в комнату. Какая высота, какие переделки? А холодная вода, живительная, такая необходимая, осталась позабытой на столе.
А впереди ещё месяц или около того. Он подавил настоятельную потребность постучаться затылком о стенку, сдёрнул с крючка куртку и выскочил на свежий воздух.
Читать Элге ушла за ширму, и это оказалось и хорошо, и плохо, и чего больше, маг не знал. По возвращении его ждал остывший ужин, мирная, уютная тишина и стопка чистого постельного белья, старательно выстиранного аристократическими руками и сложенного в изножье постели. Магическими уловками для разглаживания ткани рыжая не владела, что немного удивляло: простейшие бытовые чары давались всем магам без исключения, хотя и такие, как у Элге, случаи были. Ар шевельнул бровью, запуская нужное заклинание; простыни плавно приподнялись в воздух, расправились, избавляясь от лишних складок. От белья тоже пахло травами, деликатно и мягко, Ар узнал липовый цвет.
— Доброй ночи, — шепнул он перегородке, но девчонка уже спала.
Элге вынырнула из плотно обвившегося вокруг неё сна, будто толкнули в спину. Ночной час, когда сон особенно крепок и глубок, и тянуло перевернуться на другой бок, обнять подушку и закрыть глаза снова. Девушка приподнялась, всматриваясь в густую темноту комнаты. Нет, не густая: в противоположном конце приглушённый оранжевый свет, и звуки, распознать которые она не смогла, а в горле вязкий ком — не протолкнуть. Элге нащупала платье с запахом, Виррис прислала вместо халата, и оно оказалось и удобным, и приличным. С той стороны ширмы продолжал возиться Ар, и негромкий шелест, позвякивание чего-то металлического ясно указывало, что он вовсе не в постели. Девушка вышла в комнату, да так и застыла, поджав на тёплых досках пальцы босых ног, и тягучее состояние полудрёмы слетело враз.
Не почудилось: маг одевался.
— Ты куда? — севшим голосом спросила Элге, глядя на плотную кожу, наплечники, нагрудный щиток, и всё это подгонялось магией, и садилось на него так, что сразу понятно: не впервые надевает.
Ар наклонился, подгоняя по ноге высокие сапоги. Напряжённый, мрачный.
Боль обожгла голову во сне, а вонь, ударившая в лицо, мгновенно из сна выдернула. Твари в Шелтаре не появлялись с осени, но на все требования убрать из леса дозорные отряды упёртое величество отвечал отказом. И вот — пока снаряжался, в ладонь впорхнул алый прямоугольничек, и Ар быстро прочитал накарябанные на нём цифры. Кивнул сам себе: координаты совпадали с его ощущениями. И йген, или похожее на него существо, шёл не один. Время у них было, но мало. Как всегда.
Девчонка подошла ближе, и тогда только маг обратил на неё внимание.
— Нужно проверить кое-что в лесу, там, — он махнул в сторону зияющего темнотой окна.
— Что за хищник такой, что на него нужно выходить в броне?
Элге старалась сладить с голосом, но испуганный взгляд выдавал с головой. Если бы он сам знал. Протянул руку, и из пошедшего рябью пространства, под взглядом совершенно круглых глаз вытянул поочерёдно клинки и ножны. Покосился на девушку: ужасно не хотелось бросать её здесь одну. Как всё невовремя!