Он полусидел-полулежал в собственной постели, с раскрытой книгой, упавшей на живот. Несколько мгновений в полном недоумении смотрел на чужеродный предмет, пока не откинул чугунную голову на изголовье и не рыкнул вслух. Чудесный, изумительно реалистичный сон истаивал совершенно бессовестно, и только его желание никуда не делось. Ар уставился вниз: вот оно, во всей своей красе, едва не трещит по швам. В бессилии несколько раз постучал затылком в деревянное изголовье. Знал, что так себе способ — не помогает. Хотелось прикрыть веки и досмотреть сон хотя бы в воображении. Ар потер лицо ладонями, чувствуя, что кожу губ все так же покалывает, и скатился с кровати. Холодная вода помогла весьма посредственно. Из купальни он вышел с влажными волосами, не сказать, чтобы сильно успокоившимся. По телу, несмотря на щедро вылитую на себя ледяную воду, пробегали приятные тёплые волны, поднимая толпы мурашек. По ощущениям — его как будто гладили, очень ласково и трепетно. Лицо, брови, скулы, даже шею. Маг тряхнул головой в надежде прогнать наваждение.
На улицу, на воздух, срочно.
Он вышел на крыльцо и…обалдел. Картина раскинулась перед ним самая что ни есть живописная и поражающая своей нереальностью. В тени ближайшего дерева, вольготно развалившись на нежнейшей молодой травке, его призрачный волк, материализовавшийся без его призыва, самым нахальным образом блаженствовал…в руках рыжей. Элге сидела подле него, разметав по земле юбки, и чесала ему наглое бессовестное ухо. Её пальцы то едва касались границы эфемерного тела, то проваливались в полупрозрачную пустоту, но, судя по выражению звериной морды, Ару-волку нравилось! Он подставлял её рукам то одно ухо, то другое, то тыкался в ладони носом и разве что не урчал, как обожравшийся дармовых сливок кошак.
— Что ты делаешь? — голос подчинился кое-как.
Элге слегка повернула голову в его сторону и сместила пальцы на подбородок зверя. Человека обдало почти осязаемым теплом от прикоснувшихся к коже пальцев.
— Глажу, — обозначила девушка очевидное, и улыбнулась.
Не Ару-человеку, а бессовестной зверюге! Ар-человек спустился с крыльца и медленно приблизился к довольной парочке. Смотрел на руки рыжей и как наяву представлял, что это его буйная шевелюра под её тонкими пальцами… После столь откровенного сна это видение было самым невинным, но не менее желанным.
— Он же не чувствует прикосновений.
На мага снисходительно скосили яркий жёлтый глаз. Не чувствующий волк громко рыкнул — звук вышел подозрительно похожим на мурчание кота.
— Я в этом не уверена, — ласково возразила Элге, пробегаясь ноготками по густой волчьей шерсти. Пальцы ощущали не шерсть и не плоть, но ровное приятное тепло. Жёлтые глаза блаженно закатились. Магу сделалось неудобно стоять, он переступил с ноги на ногу; все усилия ледяного купания грозились свестись на нет. Зверь развалился еще вальяжнее, подставляя рыжей светлое полупрозрачное пузо. Она тихо засмеялась и принялась гладить и почесывать подставленную часть тела. Ар прикрыл веки, усилием воли пытаясь избавиться от мурашек, от этих невыносимо приятных волн тепла. Так себе способ, не помогло.