…Совершенно точно пожалеет.
Она скрылась за мягкими складками ткани, но, если полог не пропускал обзор, то звуки — целиком и полностью. Ар пытался переводить книгу и слышал, как беспокойно возится рыжая девица под одеялом, а потом её тихий плач. Знавал он дамочек, пытавшихся слезами добиться желаемого, а эта — нет. Прячет, старается не привлекать внимания. Маг смотрел в испещрённые символами листы, крутил в пальцах перо. Роль утешителя — не его. Не умеет. Он разделил с ней кров на эту ночь, уступил свою постель, хотя давно не мнил себя благородным, но как успокаивать рыдающих женщин, не имел понятия.
Надо всё же переговорить с его величеством. Чем отселять девицу в шумный торговый Дертвинт, чтобы вести там неприметный образ жизни, не лучше ли дать ей надёжного покровителя, против которого зарвавшийся советник не посмеет пойти? Девчонке он потом объяснит, что её опасения совершенно беспочвенны, а, познакомившись с Орсандами ближе, она сама всё увидит.
Ар прикинул время: не поздно ли беспокоить венценосную особу ночными разговорами, и потянулся за магическим зеркалом. Из спального угла уже не доносилось тихих всхлипываний: успокоившись, Элге сдалась сну. Но полог тишины маг всё же поставил, и потянулся мысленно к королевским покоям. Как же отличался леаворский дворец от столичного! В этом Ар, пожалуй, не отказался бы как-нибудь побывать. Усмехнувшись, он начал разворачивать изображение… и наткнулся вовсе на короля.
Двое беседовали под «Багровую ночь»: медноволосый молодой мужчина с узкими живыми глазами, и сидящий напротив наследник престола. В первое мгновение Ара укололо неловкостью: слово, данное Бастиану, он держал, никогда не лез подглядывать за его семьёй, не собирался и в этот раз, но слетевшее с губ наследного принца имя заставило его замешкаться, нахмурить несимметричные брови. При виде мягкой улыбки на красивом дастьеновом лице, мечтательном взгляде, маг не выдержал, обернулся, будто мог разглядеть силуэт рыжей за пологом, да в темноте.
— Можно ведь пригласить её ко двору, — пожал плечами собеседник Дастьена. — Назначить фрейлиной её величества, или придворным целителем: твоя матушка очень высоко о даре леди отзывалась. А там и…
Пальцы мага сжались в кулаки.
Принц мотнул кудрявой головой.
— Нет, Кай, досаждать вниманием замужней леди я не стану. Но ты же её видел!.. Если бы только эта девушка была свободна!..
А она будет. Элге успела в двух словах объяснить предстоящую процедуру: месяц-полтора — это быстро. Такое событие в семье Форрилей мимо ушей Дастьена не пройдёт, а он не торопится связывать себя узами брака. Времени у него предостаточно; нежелание компрометировать замужнюю даму, конечно, похвально, но что помешает ему добиваться внимания женщины свободной? Или рыжая герцогиня была бы не против?.. Ар махнул рукой, развеивая зеркальную поверхность, и бездумно уставился в позабытую книгу.
***
Крупный кошак бесшумной светлой тенью, почти сливаясь с сугробами, перемахнул через ограду зораттовского особняка. Длинный толстый хвост в досаде лупил по собственным бокам. На ступенях, перед входной дверью, звериный силуэт поплыл, меняясь очертаниями, и вот уже в дом входил высокий широкоплечий юноша, с растрепавшимися волосами и раскрасневшимся на ночном морозе лицом.
Дядина жена кинулась ему навстречу, замерев в последнем шаге, и руки едва не взметнулись вверх, подхватить, обнять хотя бы на мгновение, успокоить, прогнать тревогу из больших карих глаз.
Успокоить было нечем.
— Арви, я получила от неё письмо!..
…Ортейр нашёл перевёрнутую повозку в стороне от дороги, в паре рье от городских стен. Извозчик в припорошенной снегом одежде таращился слепыми глазами в чёрное, затянутое облаками небо. Даже лошадей увели, не побрезговали. Запах леди Форриль ещё улавливался: она сидела в этом экипаже, и в первое мгновение сердце юноши сжалось. Девушка с волосами цвета пламени сойдёт с ума от горя, если он принесёт ей дурные вести. Осторожно переступая сильными лапами, пятнистый зверь, принюхиваясь, кружил вокруг повозки. Обратил морду в сторону темнеющей полосы густого леса, в котором так славно бегалось ночами, в стороне от чужих глаз. Дрогнул тёмный бархатистый нос, определяя направление. И ортейр уверенно направился к Шелтарским зарослям…