Он закрыл дверцу, так и не прикоснувшись к папке. Переломный момент. Тот день, когда отец избил его. Тот день, когда он узнал, что “недостоин быть Каллананом”. Тот день, после которого он больше ничего не изобрел и ничего не построил. И никогда уже не помыслил бы об этом, если бы не узнал, что судьба дает ему второй шанс. Если бы не узнал про Найджела.
Брендан отошел от витрины, сел за стол и взял в руки плотно исписанный лист бумаги. С фотографии в углу на него смотрел черноволосый и черноглазый молодой человек с худощавым лицом и немного отрешенным взглядом. Найджел, сын Джейсона. Тот случай, когда яблоко от яблони упало совсем недалеко. Брендан уже наверное в десятый раз начал просматривать информацию, которую ему собрал специально нанятый для этого детектив.
Найджел Холден, 23 года. Мать умерла во время родов. Отец, механик и изобретатель Джейсон Холден, воспитывал его один, но внимания мальчику почти не уделял. Найджел с раннего детства увлекался наукой и техникой. Отец погиб в пожаре во время работы над одним из своих механизмов. Мальчик до 17 лет воспитывался бабушкой, матерью отца, а когда и ее не стало, Найджел уже был востребованным городским ремонтником и изобретателем. Живет один, встречается с Джессикой Пирс, которая подозревается в связях с Сопротивлением. Сам политикой не интересуется, не общителен, предпочитает машины людям. Изобрел и внедрил в городе десятки полезных изобретений: от арифмометра до ткацкого станка с программируемым управлением. Брендан отложил лист и задумался.
– Пора сделать что-то более значимое, Найджел, – сказал он вслух. – Что-то по-настоящему выдающееся.
Глава 8. Винтолёт, ногокрут и старый фонограф
Джесс лежала на кровати на животе, подложив руки под голову, и, болтая ногами, разглядывала работающего за столом Найджела. Из одежды на ней был только кожаный шлем “суперглаза”. Джесс развлекалась, меняя фильтры и линзы прибора, и наблюдала, как фигура за столом становилась то красно-желтой, то синей, то серой.
– И ты это сделал только для того, чтобы найти протечку в часах? – спросила она. Серая фигура за столом повернула к ней серую голову и почесала её серой рукой.
– Думаешь, не надо было?
Думаю, что такой прибор мог бы очень пригодиться Сопротивлению, чуть не сказала она вслух. И еще думаю, сколько вообще полезного ты мог бы сделать для Сопротивления. Но говорить такое не стоило. Найджел не хотел помогать подпольщикам, сколько бы она ни просила. При этом он не скрывал своего презрения к лордам.
“– Ограниченные люди, – говорил он обычно. – С их возможностями можно было давно совершить технологическую революцию. А они занимаются тем же, чем их деды сто лет назад – наживаются на продаже природных ресурсов и эксплуатации людей.
– Тогда помоги нам с ними бороться.
– И что вы сделаете, когда победите? Закроете шахты? – спрашивал он. – Отмените двойные смены на заводах? Раздадите всем деньги?
– Может быть и так. Или еще что-нибудь придумаем. Уж точно будем лучше лордов, – упрямо говорила она.
– А почему я должен поверить, что вы не сделаете все так же, а может, и еще хуже?”
Тут они обычно ругались. Её бесило, что он сравнивает Сопротивление с лордами. Для нее все было проще и понятнее. Было добро и зло. Дракон и армия врагов. Она, отец и Сопротивление на стороне добра. Лорды – зла. А Найджел… Это было странно. Хотя что в нем не было странно?
Джесс стало зябко. Она стянула с головы шлем и закуталась в одеяло, не сводя глаз с керосиновой лампы, в свете которой он работал. Она видела только его лицо и руки, ловко снующие в каком-то металлическом приборе. Что обычно делают мужчины после секса? Засыпают? Курят? Становятся болтливыми? У нее был небогатый опыт, но она догадывалась, что большинство не бросались к столу работать над очередным “суперглазом” или “суперносом” или что он там делал. Странный.
Он не любил людей, мог неделями не выходить из дома, у него не было друзей, родных, кошки или собаки, увлечений или страстей. Все, что он любил, находилось в этой комнате – его непонятные машины и она, Джесс. В каком порядке – она не знала. Они встречались больше пяти лет, но она так и не решилась спросить, что для него важнее. Не была уверена, что он ответит так, как ей хотелось бы.