– А что тут думать, Ворон? – пылко сказала он. – Все самое подлое и страшное в городе творят лорды. И думать тут нечего – лорды взорвали.
Толпа одобрительно зашумела. Ворон поднял руку, успокаивая людей.
– Это первое, о чем я подумал, Райан, да. Но зачем им это? Зачем Калланану взрывать свой собственный завод?
Люди озадаченно замолчали. Кто-то вполголоса подтвердил: “Да, странно как-то. Старик удавится за грош, а тут – цех”.
– Может, это не Калланан, – не сдавался Райан. – Может это другие лорды. Делят владения.
В толпе замолчали, обдумывая его слова, а потом кто-то их стоявших рядом мужчин рассудительно произнес:
– А зачем взрывать, если можно забрать?
– Верно, – подтвердил со своей импровизированной трибуны Ворон. – Калланан стар и слаб. Если бы хотели – забрали бы завод, зачем им развалины.
Люди снова зашумели, выдвигая и опровергая все новые и все более странные теории. Джесс подняла руку. Ворон кивнул ей.
– Я считаю, что главная цель взрыва – это Сопротивление! – громко сказала она, обращаясь ко всем собравшимся. На пустыре сразу стало тихо. – Не прошло и получаса, как мэр обвинил в этом нас! За тридцать минут установить причину взрыва? Мы же все знаем, что за полчаса этот слизняк Вудворд не найдет и собственную жопу! – В толпе одобрительно зашумели и засмеялись. – Все это – заранее запланированная акция, чтобы настроить против нас город!
Все замолчали, обдумывая её слова.
– И что им это даст, – рассудительно сказал кто-то в толпе. – Поверят только дураки.
– Дураков немало, – возразил рассудительному Райан.
– Ну и пусть дураки верят, нам что с этого-то? – не унимался рассудительный.
Толпа снова загудела, обсуждая его слова.
– И то верно, нас и раньше многие не любили и что с того?
– А то, что теперь таких станет больше, Эдди! Думал бы, прежде чем говорить.
– Одним дураком больше, одним меньше, велика беда!
– А если их не один, будет, а скажем, тысяча? Что тогда?
– Моя теща точно поверит!
– Она у тебя и в домовых верит!
– А ты мне рот не затыкай, Джо. Что хочу, то и говорю!
– Да хватит вам собачиться, нашли время!
Наконец все постепенно умолкли и слово снова взял Ворон.
– Допустим, друзья, это так. И цель взрыва – посеять раздор в городе и натравить людей на Сопротивление. – Он задумался на мгновение. – Но что им это даст? Я не понимаю. Люди против нас не пойдут, я в это не верю. Да и мы никуда не денемся, Сопротивление не исчезнет. Какой смысл взрывать завод и убивать столько людей? Чтобы в городе посплетничали неделю–другую и забыли?
Никто не ответил. Ворон подождал немного и продолжил.
– Ответов у нас пока нет. Но есть предложение, что делать дальше. Говори, Башня, – сказал он стоявшему рядом соратнику и спрыгнул на землю.
Башня – второй лидер Сопротивления, правая рука Ворона, седой неприметный мужичок с вислыми усами, не стал взбираться на ящик и в отличие от Ворона был немногословен.
– Предлагаю на время прекратить все операции. Затаиться и наблюдать. Быть готовыми ко всему.
Снова поднялся шум.
– И не ответить на такое?
– Они решат, что победили!
– Надо провести общегородскую акцию!
– Даешь общую забастовку!
– Выведем всех на улицы!
Джесс тоже кричала, потому что план Башни ей совсем не понравился. Забиться в угол? Сделать вид, что ничего не было? Получится, что лорды не ответят за убийство людей! Она вспомнила тела возле цеха и закричала еще громче.
Ворон снова взгромоздился на ящик и жестами успокаивал людей.
– Друзья! Друзья! Тише!
Наконец, шум немного утих.
– Мы понимаем, что для многих из вас это выглядит как отступление, – сказал он примирительно. – Даже как трусость. Но подумайте вот о чем. – Он обвел глазами толпу, на секунду задержав взгляд на Джесс. – Если лорды все это спланировали заранее, то не для того ли, чтобы вызвать нашу резкую реакцию? Иными словами, не поступим ли мы именно так, как они хотят?
Повисла тишина.
– То, что мы с Башней предлагаем – это не отступление, друзья, – сказал Ворон. – Это временная пауза, чтобы осмотреться и понять, что они замышляют. Не надо идти у них на поводу. Нам нужно быть очень осторожными. Поэтому пока все текущие операции приостанавливаются. Еще замечания есть?
Замечаний не было. Люди обсудили еще пару текущих вопросов и начали по очереди расходиться. Джесс шла домой и думала о словах отца. Она с детства привыкла во всём его слушаться. Послушалась и сейчас. Но её мучали сомнения. А что, если он ошибается? Что, если они все, всё Сопротивление, ошибаются?