– Пусть попробуют, – зло ответила она. – Мы к этому готовы.
Скрипнула дверь и на крыльце участка появились шеф Роули и его помощник Робинсон. Люди оживились и стали скандировать громче. Джесс начала протискиваться вперед через мокрые плащи. Роули проорал, пытаясь перекричать толпу:
– Немедленно разойтись!
– Отпускай! Отпускай!
Джесс выбралась из толпы и остановилась в пяти метрах от шефа.
– Почему отпустили не всех, Роули? – закричала она так, чтобы слышали все.
– Вас это не касается, – надменно ответил тот, смерив Джесс презрительным взглядом. – А ты вообще кто такая?
– Вы отпустили только тех, кто за лордов! – еще громче закричала Джесс, проигнорировав его вопрос. – В драке участвовали все! Почему остальные ещё за решёткой?!
– Ах ты, соплячка, – возмутился Роули. – Ещё полицию будешь учить?
И не дожидаясь ответа, снова завопил во всё горло:
– Всем немедленно разойтись! Ваша акция незаконна!
– А какие акции законны, Роули? – спокойно спросил кто-то из толпы. – Которые вы сами же и организовываете?
В толпе засмеялись. “Молодец, Даррен, – подумала Джесс. – Так ему!”
– Нет, те, которые хозяева разрешают проводить, – подхватил кто-то сзади неё.
– Эй, Роули, за сколько ты стал шестёркой лордов? – закричал чей-то молодой голос. Смех стал громче.
Роули побагровел.
– Это она! – он показал пальцем на Джесс. – Это она всё это устроила! Робинсон, взять её!
Суперинтендант послушно подскочил к Джесс и схватил её за руку. В толпе зашумели. Джесс попыталась выдернуть руку, но полицейский начал выкручивать её за спину. Боль была адской. Джесс вскрикнула и согнулась пополам. Краем глаза она уловила какое-то быстрое движение сбоку и услышала глухой звук удара. Она выпрямилась и увидела сидящего на заднице на земле ошарашенного Робинсона с окровавленным лицом. Рядом с ней стоял невозмутимый Барри и заботливо придерживал её за плечи.
– Нападение на полицейского! – Роули задохнулся от негодования. – Я вас всех посажу!
После этого он, не сводя глаз с стоящих перед ним людей, попятился к двери и исчез в участке. Робинсон поднялся с земли и, ни на кого не глядя, последовал за ним. Сразу же после этого на улицу один за одним начали выбегать и строиться в шеренгу полисмены с дубинками в руках. Джесс насчитала двадцать три человека. “Больше, чем нас”, – подумала она и повернулась к Барри.
– Сейчас.
Они сделали несколько шагов назад, оказавшись снова среди протестующих. Барри распахнул плащ и вытащил из под него тяжелую дубинку. Все вокруг последовали его примеру и достали заранее приготовленные палки, трубы или большие гаечные ключи. Теперь они стояли двумя шеренгами друг напротив друга. В плащах, с оружием наперевес, под проливным дождём.
На крыльце снова появился Роули. Стоя за спинами своих полисменов, он осмелел.
– Так вот, значит, что это, – торжествующе заявил он. – Вооруженный мятеж! Вы все – бунтовщики! Вас всех ждёт тюрьма!
Ему никто не ответил. Джесс до боли в пальцах сжимала в руке дубинку и, через дождь рассматривая полицейских перед собой, хладнокровно выбирала себе цель. Этот с усиками? Или этот, толстый, со свирепым лицом?
– Арестовать их всех! – скомандовал Роули и полицейские побежали на них.
Джесс увидела, как на неё, замахиваясь, несется тот, с усиками. Она увернулась, спасая голову от удара и получила дубинкой по плечу (которое сразу онемело). Она, не прицеливаясь, отмахнулась рукой с палкой и попала во что-то мягкое. “Ах ты, сука!”, – заорал полицейский и замахнулся второй раз, целясь ей по спине. В этот момент из мешанины тел справа вылетел с перекошенным лицом Иэн и в прыжке ударил усатого ногой в живот. Они сцепились, повалившись на мокрую землю, а Джесс, откинув капюшон, быстро огляделась.
Шеренги разбились на небольшие кучки. Вот возле крыльца двое полицейских избивают палками кого-то, лежащего на земле. К ним подбегает Стив, и ухватив за плащ одного из них, отбрасывает в сторону, а потом бросается на второго. Вот в паре метров от неё Крис и тот толстый полисмен, которого она видела раньше, потеряв, видимо, свои дубинки, остервенело дубасят друг друга кулаками. Дальше кто-то спиной к ней сидел верхом на лежащем в луже полицейском и пытался вырвать из его рук дубинку. Отовсюду неслась ругань, крики и чавкающие мокрые удары.
К ней подбежал Барри. Он тяжело дышал, но, судя по лицу, не пострадал.
– Джесс, нам лучше уйти! Их больше, много наших пострадало.
Она скрипнула зубами. Глупо было уходить вот так, не добившись своего. Не освободив людей. Она посмотрела на крыльцо – там всё ещё стоял Роули, и на лице его было написано совсем не торжество от победы. Скорее ужас. Она оглядела поле боя – на земле лежали, постанывая, как минимум с десяток полицейских. Она решила, что проигрышем такой итог назвать нельзя и кивнула Барри, соглашаясь.