– Вы тут главный. Решайте сами.
Найджел повернулся у Дрибблу.
– Котёл выдержит?
– Конечно, мистер Холден, – отозвался тот. – Работает как часы!
– Как Драконьи? – пошутил Найджел. Дриббл рассмеялся.
– Нет, мистер Холден. Этот новехонький, с иголочки.
Найджел больше не колебался.
– Блокируй. И давай больше угля. Как только выйдем на необходимую мощность – открывай сразу все клапаны. По моей команде.
– Понял, мистер Холден! – задорно отозвался парень.
– Найджел, – поправил тот.
– Понял, Найджел! – Дриббл улыбнулся и бросился в цех с двигателем. Через открытую дверь было видно, как он возится с клапанами на торце котла, а затем подбрасывает уголь в топку.
– Мистер Холден…, – начал было Глен, но Найджел прервал его:
– Я вас услышал, Льюис. Не мешайте работать.
– Получается! – донесся крик Дриббла. – Девять!
– Отлично, Дриббл! Готовься открывать клапаны! – закричал он в ответ.
– Понял, мистер…
В этот момент котёл взорвался. Раздался оглушительный грохот и там, где стоял котел, появилось огненное пятно, заполнившее всю комнату. Стену между цехами вышибло, вокруг разлетелись доски и куски штукатурки. Металлические обломки, как шрапнель, пронеслись по цеху, один осколок вонзился в стену недалеко от Найджела. На месте огненного шара появилось облако грязно-серого пара, сменившееся языками пламени на полу и стенах. Краем глаза Найджел увидел, как люди бросились к котлу. Кто-то закричал: “Огнетушители, быстрее!”. Только тогда он очнулся и на деревянных ногах пошел к месту взрыва.
Там стоял густой туман из дыма и пара. От котла осталось только покрытое копотью и залитое водой чугунное основание. Из него торчали два вывернутых наружу и еще красных от жара куска железа. Дымящиеся осколки были разбросаны по всему цеху, а стена, возле которой стоял котел, и потолок над ним полностью исчезли. Несколько человек поливали рваные и тлеющие края стен из огнетушителей.
В противоп оложном от Н айджела углу, почти скрытое дымом, лежало что-то темное с красным, скомканное как груда тряпья. Возле него стояло инженеры и механики. Найджел направился туда, но остановился, увидев, как один из них медленно стянул с себя халат и накрыл им тело.
– Дриббл, – сказал появившийся рядом Калланан. – Жаль, славный был парень.
– Да, – мертвым голосом ответил Найджел. – Славный.
Мужчина, накрывший Дриббла своим халатом, повернул покрытое копотью лицо к Найджелу, и он с трудом узнал Глена Льюиса.
– Я предупреждал! – закричал он. – Я же говорил, что это опасно!
Он быстрым шагом подошел к Найджелу и тому на секунду показалось, что он его ударит. Но Глен лишь замедлился на мгновение, обошел Найджела и вышел за дверь. Повисла тишина, прерываемая только шипением огнетушителей. Все вокруг замерли и смотрели на Найджела.
– Кто работал в команде Льюиса? – негромко спросил он. Один из мужчин с огнетушителем поднял руку. – Уайт? Хорошо. Теперь вы возглавляете команду силовой установки. Оцените ущерб, и начинайте собирать новый двигатель и котел. Проектная мощность – двадцать лошадиных сил.
Найджел развернулся и вышел из цеха. Котёл должен был выдержать. Должен! Все расчёты это показывали. Значит, ему “помогли” со стороны. Подкупленный сотрудник мастерской (может, тот же Глен – слишком уж подозрительно и вызывающе он себя вёл), небольшая, незаметная со стороны поломка котла и как итог – взрыв, затягивающий работы на несколько недель, а то и месяцев. Диверсия. Саботаж. А кто у нас специалист по саботажам и очень противился запуску Вычислителя?
Часть 5. Во имя города
Глава 27. Чтец
Себастьян был в ударе. Неизвестно, что на него подействовало больше – угроза уголовного дела за драку в таверне или солидное вознаграждение от Калланана, переданное через Робинсона – но чтеца газет было не узнать. Он буквально парил по полутемному сараю, размахивая руками и яростно выкрикивая фразы в стоящую перед ним толпу.
– Разве это не правда!? – Себастьян потряс зажатой в кулаке газетой. – Разве с этим будет спорить хоть один человек, искренне любящий наш город?!
Он поднес газету к глазам и с выражением процитировал:
– “Чума, десятилетиями разъедающая умы и сердца наших сограждан! Кровоточащая язва на светлом лике нашего великого города! Мерзкое пресмыкающиеся, подло под покровом темноты кусающее руку, пригревшую её! Так и только так я могу назвать это драконье отродье, этих убийц и террористов, именующих себя Сопротивлением!”