- Что это за банды?
- Пытаются походить на мафиозные, но у них слишком мало ресурсов. Это сложная система, Оливия, и я сам до конца не знаю, как с ними бороться. Знаю лишь то, что их количество растёт. Группы увеличиваются и те, кто были по правде говоря обычными пиратами, теперь в командах имеют хладнокровных убийц. У них есть главный, который распределяет группы, чтобы удерживать районы в страхе. Процесс с банками запустился именно из-за того, что мой отец не продал свой филиал. В это же время вышло замешательство между твоим отцом и моим...
- Он прав. Я тогда хотел чуть лучшей для нас жизни, Ливи.
- Что ты сделал?
- Я хотел, чтобы отец Роя поделился со мной. Узнал, что его дела идут неважно и предложил помощь. Я не хотел его обворовывать, просто мы придумали схему, как можно не продавать под таким давлением его долю. Он переписал все документы на меня, хотел переоформить на дочернюю фирму, которая не была бы уже банком... но его убили. Документы остались на мне, после чего всё стало рушиться. Я конечно не обладал ни опытом, ни умением всё провернуть, как планировалось. И их внимание переключилось на меня. Дальше ты знаешь.
- Как ты оказался у Роя?
- Я просто хотел помочь. - вместо отца отвечает мужчина.
- Так и было, Ливи.
- Я не до конца могу это осмыслить, но пока оставим это. Меня волнует то, что теперь будет? Что будет со мной? Они ведь могут прийти за мной и мамой и тобой, папа.
- Не совсем. Это не мафия, как я упомянул раньше. Я решу этот вопрос, но требуется время.
- Каким же образом? И откуда гарантии, что нас оставят в покое?
- Мы уже разбираемся. - вновь встревает отец. - Я переписываю всё на Роя.
- А затем я просто отдам им то, что они хотят.
- Отдашь... капитал своего отца и его дело? - переспрашиваю, не веря.
- Да. Я не хочу постоянно прятаться.
- Разве это гарантия, что они отстанут?
- Частично. Ты видела моего дядю и товарищей - они вместе со мной тоже имеют некое влияние в городе. Уверен, что обходными путями нам всё же удастся договориться. Никому неинтересно пятнать репутацию.
- Они же и дальше будут шантажировать, убивать, грабить... преступления не прекратятся, даже если от нас отстанут. Не лучше ли связаться с полицией?
- Оливия, дочка... - папа неожиданно берёт мою руку в свою и ловит мой взгляд.
Вблизи я теперь вижу насколько он уставший, черты лица слегка обострились - будто стали суровее.
- Куплены? - спрашиваю, догадываясь.
Рой просто кивает, а отец притягивает меня к себе в объятия.
- Я скучал по тебе и по маме. Так скучал.
От неожиданности я замираю. В уголках глаз упорно собираются слёзы, которые я долго сдерживала. Эмоции так и рвутся наружу, хотя я пыталась их контролировать всё время. И теперь не смогла. Первая слезинка скатилась беззвучно по щеке, затем ещё и ещё пока всё лицо не стало мокрым.
- Мне очень жаль. Так жаль, поверь. Нам едва на всё хватало денег, я хотел, чтобы вы лучше жили. И ещё твоя учёба - я хотел дать тебе больше. Хотел обеспечивать настолько, чтобы поддерживать твой интерес в археологии, чтобы ты могла себе позволить ездить всюду, куда только пожелаешь и исследовать.
Отец уже не мог остановиться, а у меня перед глазами стояла пелена слёз и я ничего уже не видела, только слушала его надрывной голос, как исповедь. Даже не заметила, что в комнате Роя уже не было и я осталась одна с отцом.
- Всё хорошо, папа. Я понимаю. Но я чуть с ума не сошла, когда всё это...закрутилось. Я не знала где ты и что с тобой, а теперь вот...это.
- Знаю, что слишком. Я не мог знать. Не предполагал... сейчас Рой решил помочь всё исправить и я согласился. Мне нужно было сидеть тихо и никому ничего не рассказывать, не связываться с вами, чтобы, не дай бог, они не вышли на вас с мамой.