— Это было незапланированное мероприятие, — ответил Егор. Судя по всему, отвечал он уже не в первый раз и ему это уже порядком надоело. — Мы устали, выпили, одно наложилось на другое… Юра, сколько можно одно и тоже повторять?
— Ровно столько, чтобы вы почувствовали всю глубину ваших неправильных действий и раскаялись. — Мы вместе с Егором от этих слов оторопели.
— Кстати, Юра, а что ты здесь делаешь? Почему ты не с нашими девочками? — спросил я, делая очередной глоток.
— Они меня отпустили. Сказали, что им надо посекретничать, и я буду мешать. Вот не могли вы меня дождаться?
— А жених с невестой тоже должны были тебя ждать? — спросил я, прикрывая глаза.
— Костя, ты неверно ставишь вопрос, — Егор уже с трудом сдерживался, чтобы не начать орать. — Здесь нужно спрашивать по-другому. Откуда мы могли знать, что тебя отпустят?
— Егор, мы должны были догадаться, что ты дурацкие вопросы задаешь? — я приоткрыл один глаз, как раз в тот момент, когда Вольф утвердительно кивнул.
— Мяу, — возле меня материализовался Паразит и подставил лобастую голову под мою руку, чтобы я почесал его за ушком.
— Привет, — я сел прямо и посмотрел на кота, который внезапно замер и зашипел, глядя на тот карман, где лежало кольцо. — Я знаю, Паразит, знаю, — схватив кота, я прижался лицом к шелковистой шерстке и прошептал. — Помоги мне от него избавиться, если можешь.
В ответ кот только потерся о мою шею, вывернулся из рук, и принялся вылизывать шерсть в тех местах, где я его хватал.
— Чего это он? — спросил Егор, который вместе с Вольфом наблюдал на Паразитом, забыв даже о своем похмелье.
— Откуда я знаю, это же кот, — я развел руками. — Кстати, о коте. — Я повернулся к Паразиту. — Ты можешь притащить обруч памяти? Я очень сильно хочу посмотреть, как ты танцевал, да и вообще увидеть, что мы творили. Заодно проверим теорию, может ли человек, который вроде бы ни черта не помнит, восроизвести на экран то, что записалось на подкорке, когда он это видел и участвовал в чём-то, даже в полубессознательном состоянии.
Паразит внимательно выслушал меня и исчез.
— Я поражаюсь этим животным, — Вольф тряхнул головой, а затем снова посмотрел на меня. — Итак, вернёмся к нашим баранам: почему вы на догадались, что я могу составить вам компанию?
— Пожалуй, я его убью. Ты не против? — Егор встал и взял в руку нож, лежащий на столе.
— Эй, убери от меня свои гнусные намерения! — Вольф вскочил и попятился, потому что Ушаков с самым серьезным выражением, застывшим на лице, подходил к нему, сжимая в руке нож для масла.
— Я бы с удовольствием посмотрел, как ты вот этим хочешь прирезать Вольфа, — прокомментировал я, сидя на диване, заложив руки за голову. — Если ты, конечно, им резать хочешь, а не засунуть этот ножик куда-нибудь в не слишком предназначенное для этого место. С другой стороны, если ты сейчас прибьешь Юру, то кто будет монеты реализовывать?
— Какие монеты? — Вольф мгновенно выпрямился и посмотрел на меня, довольно небрежно отмахнувшись от подошедшего вплотную Ушакова. — Да, подожди ты. Так про какие монеты речь идёт?
— Вон на том столе стоит сундук, — Егор указал ножом на сундук. — Но ты так спешил пожрать, что даже его не заметил.
— Я заметил, — буркнул Вольф и подошёл к сундуку. — Так, что тут у нас? Господи, боже мой! Вы зачем мне голову морочили какой-то дурацкой свадьбой, когда тут такие штучки лежат совсем без дела. Идите к папочке, мои хорошие, — в его руке откуда-то появился увеличительный прибор, который Юрка вставил в глаз, сразу же приступив к изучению монет.
— Вот это вот что сейчас было? — спросил Егор, с трудом отводя взгляд от Вольфа.
— Понятия не имею, — я помассировал виски, потому что голова болела не прекращая.
Мы молча наблюдали, как Вольф перебирает монеты, и почти пропустили момент, когда появился Паразит. На шее у него был обруч. Егор с совершенно невозмутимым видом подошёл к коту и аккуратно снял с него прибор. Кот позволил ему этот сделать и даже вытерпел, когда Ушаков потрепал его по голове. А затем потянулся и исчез.
— Вот как ему удалось объяснить Тихону, что нам нужен обруч? — Я вытащил телефон. Мне никто не звонил, значит, особых вопросов у начальника лабораторий не возникло.
— Как-то получилось, — Егор посмотрел на стену. — Думаю, что за экран сойдёт.
Он надел обруч, похоже, ему самому не терпелось увидеть, что же произошло ночью.
Вначале мы культурно напивались в своем номере и не собирались никуда уходить, во всяком случае, никаких предпосылок к этому не было. Армен сидел с нами и помогал расправиться с «лёгкой закуской», стоящей на столе. Наверное, ничего бы и не произошло, и мы бы просто с Ушаковым расползлись по своим спальням, если бы Армен не бросил взгляд на стол, где лежали драгоценности.