Из прохладного подъезда попадаем на улицу, жар от нагревшихся стен дома, асфальта, сразу проникает под кожу. В квартире работают кондиционеры, причем не один, а несколько.
Мы минуем стоянку и почти бежим в сторону метро. Я неплохо знаю этот район. Метро встречает нас прохладой, опять же кондиционированного воздуха. Нет того спертого воздуха, как на некоторых старых станциях. Забегаем в вагон в последний момент перед закрытием дверей. Костя спиной прижимает меня к себе, обвивает руками, переплетая наши пальцы. Чувствую попой его возбуждение. Приподнимаю голову и шепчу ему в губы.
—Маньяк…
Он улыбается, склоняет голову и шепчет мне на ухо.
—Это только с тобой.
От его дыхания и слов мурашки начинают разбегаться по телу от уха, которое он задевает языком и быстро отстраняется, все ниже и ниже. Опускаю голову, пытаясь собраться, отомстил, так отомстил. Хотя о чем я, сама маньячкой стала, не прочь повторить постельный опыт.
Мысли о нашей близости уходят, когда Костя тянет меня из вагона на платформу. Мы опять куда-то спешим, он периодически посматривает в телефон. Оказывается, опаздываем на автобус, и опять в последний момент забегаем на заднюю площадку. Несколько заинтересованных взглядов обращаются в нашу сторону.
—Я им сейчас глаза выколю. — Начинает закипать мой Хакер.
Разворачивает меня спиной к окну и закрывает собой. Носом утыкаюсь ему в грудь, вдыхаю, не с чем неповторимый, запах моего мужчины и начинаю кайфовать.
—Хоть никаб* проси у Вики(Воробышек для спецназовца)
Улыбаюсь, обхватывая его за талию, мне так нравятся эти его собственнические нотки в голосе, я даже на никаб готова. Неинтересны мне взгляды других, дома не только никаба не будет, но и другой одежды тоже.
Автобус тормозит на парковочной площадке. Костя подает мне руку, помогая выйти, а потом притягивает к своему боку. Мы так и шагаем. Он прикладывает смартфон, и вот мы уже в парке. Глаза разбегаются от обилия аттракционов, кафешек, фонтанов и фонтанчиков. Здесь я ни разу не была за три года учебы. Да и когда? На каникулы всегда уезжала домой. Выбирались иногда с Севкой и соседками по общаге на Воробьевы горы, или в парк Горького зимой на коньках кататься. А весной некогда, экзамены, зачеты, курсовые.
—Есть хочешь?
Опять мотаю головой и тяну Костю к ближайшему аттракциону. Цепочная карусель. Усаживаюсь в кресло закрепив цепочку, Костя усаживается в соседнее кресло, подтягивает меня к себе. Вращение начинается с небольших оборотов, постепенно увеличиваясь Костя держит меня у себя и на самых больших оборотах отпускает, толкая мое сидение, придавая еще ускорения. Сердце ухает куда-то вниз, адреналин выбивает из горла крик, крик свободы и счастья. Кричу, кричу, кричу.
—Это только разминка была, не боишься?
—Нет, пошли.
—А обедать?
—Потом. — Кровь бурлит, тянет на подвиги.
Аттракционы сменяют один другой, с каждым разом все экстремальнее, я сбилась со счета, на Костиной руке, наверное, останутся синяки, так крепко я ее сжимала в моменты страха. Последней каплей стала комната страха, оттуда я выходила на нетвердых ногах.
—Есть хочу, — присаживаюсь на лавочку.
—Ну тогда пошли в кафе. Ты как? Или пойдешь на ручки.
Какие ручки? Сама. Поднимаюсь со скамейки, меня немного ведет, от голода наверное. Костя подхватывает меня, обвивая рукой за талию, бредем до кафе. Он не показывает вида, но я вижу, что тоже устал, но это приятная усталость.
В кафе светло и красиво выбираем столик у окна, посетителей мало. Нам приносят меню, и мои глаза лезут на лоб от цен.
—Кость, пойдем отсюда.
—Что не так? — Он смотрит на меня.
—Ты цены видел?
—Наташа, не позорь меня, могу я угостить лю..девушку. — Делаю вид, что не заметила оговорки.
Вот интересно, он действительно так думает, или случайно оговорился.
Заказываю себе стейк, овощи на гриле. Костя зеркалит мой заказ, добавляя бутылку вина.
Когда приносят заказ, мы наслаждаемся едой и вином. Расслабляемся. Стараюсь не думать о ценах. Раз так он хочет, пусть.
За окном начинает темнеть зажигаются фонари. Мы выходим из кафе и неспеша идем к выходу. Сбоку колесо обозрения, очень хочется посмотреть на залитый огнями город. Не сговариваясь, идем на последний аттракцион. Прозрачная кабинка поднимает нас на высоту птичьего полета, город внизу сверкает огнями фонарей, неоновыми вывесками и билбордами. Мы молча смотрим на яркий город.