—Костя. — Я опять в рев. Мне страшно. Если бы не Севка, уже бы на пол сползла.
—Что Костя, объясни толком.
—Он разбился, мне позвонили с его телефона. Я сейчас с ним в больнице. Я не знаю что делать, он не приходит в себя. И еще сказали, что у него перелом позвоночника, и будет нужна операция.
—Называй адрес. Приедет дядя Вася, а может кто-то из ребят. Никуда не уходи. Как они решат вопросы с Костей, мне отзвонишь.
Он отключается. Севка подхватывает меня и ведет на кушетку недалеко от справочной. Посиди, я сейчас.
Проходит немногим больше получаса, глаза сами закрываются, наревелась. Проваливаюсь то ли в сон, то ли в обморок. Прихожу в себя, услышав шум в коридоре.
По коридору шагает несколько человек, одного я знаю. Батя. Так его зовут ребята. Я видела его несколько раз у Вовки. Пытаюсь приподняться, но ничего не получается.
—Посиди пока, Наташа. Сейчас выясним, и ко мне поедем. Саш, ну что там?
—Молодой человек, с военной выправкой, подходит в справочную, недолго общается с медсестрой, шагает в нашу сторону.
—Бать, я остаюсь, как все узнаю отзвонюсь, он принимает одноразовый халат, бахилы и шапочку, шагает в направлении дверей, где скрылся доктор.
—Поедем, Наташа.
—Я к нему хочу, мне нужно.
—Ты тут ничем не поможешь. А вот, когда он в себя придет, ты ему отдохнувшая нужна будешь.
Севка стоит на улице, кивает головой дяде Васе и шагает к воротам. Он устал не меньше моего, с этими моими истериками, выглядит как выжатый лимон, сгорбился, куда делась модельная внешность, слегка машет мне, увидев меня в окне внедорожника.
ГЛАВА 44
Открываю глаза, и ничего не могу вспомнить, очень болит голова, и в ушах слышу противный писк, вздохнуть тяжело, потому что-то мешает, осмотреться тоже не могу, не могу повернуть голову, пытаюсь приподнять руку, но это тоже дается с трудом. Надо мной белый потолок, а в районе ног белая спинка кровати.
—Ну, наконец то, проснулся. — Склоняется ко мне лицо молодого человека в маске. Разобрать молод или стар сложно, очки маска, шапочка. Прям, как из фильма про врачей. Голос звонкий, и поэтому решаю, что молодой. К тому же голос знакомый.
—Ты не Хакер, а камикадзе. — В мозгу откладывается, он знает мой позывной, значит свой. Пытаюсь что-то спросить, хотя бы узнать, где я. Вдруг перед глазами мелькают кадры, несущегося на меня автомобиля и следом боль.
—Так не спешим, сейчас я уберу трубку, немного будет больно, говорить сразу не спеши. Мы никуда не торопимся. Ты что-то вспомнил? — Першение в горле, а я даже покашлять не могу. Несколько капель живительной влаги, и становится легче, я бы еще выпил, но врач убирает поильник от моего рта.
—Сейчас я сниму шейный корсет, и ты сможешь повернуть голову, только не спеши, не делай резких движений. — Пытаюсь моргнуть глазами, дать понять, что понял. — Поворачиваться на бок тебе нельзя, так что, крутим только головой.
Он снимает с меня какую то розовую фигню, откладывая ее в сторону. Подтягивает металлический стул к кровати, и усаживается так, что бы я его видел.
—Говорить буду я. Ты находишься в реанимации Склифа. Попал в аварию. — Он стягивает перчатки и бросает их куда о вниз, с одного уха снимает маску и она странно виснет на другом его ухе.
—Лекарь? Ты тут как? — Хриплю удивленно.
—Батя подтянул, как узнал про аварию.Натка позвонила Лесу, а он по цепочке Бате.
—Натка. — В мозгу вспыхивает сначала. — Как она? — Она же не знает где я, зная характер своей девочки, еще надумает лишнего.
Потом наступает осознание, что это она подняла всех на уши. Теперь уже беспокоит ее состояние, как она себя чувствует.
Лекарь видимо видит мое состояние, поэтому пытается успокоить меня.
—С ней все впорядке, не дергайся. Ее Батя забрал к себе, у него там целый детский сад. Лес вернется, заберет к себе. Теперь перейдем к нашим баранам.
Он ненадолго замолкает, трет отросшую щетину.
—Порадовать мне тебя нечем, у тебя перелом позвоночника, предстоит сложная операция, а потом длительный период реабилитации. Если все пройдет хорошо, я на это надеюсь. Тебе придется заново учится ходить, и скажу сразу, в строй ты уже не вернешься. Если конечно не хочешь зависнуть в штабе.
—Деду сказали? — Еще не хватало чтобы он слег, пусть думает, что у меня спецоперация, тем более я ему намекнул.
—Наташа не велела. — Вздыхаю с облегчением. — Когда операция?