— Очень приятно, — ответил Дамиан, делая вид, что его действительно интересует эта встреча. Он слегка кивнул, но не встал.
— Мы так долго надеялись, что вы посетите столицу, милорд Уоррен, — продолжила графиня, голос её звучал слишком громко, чтобы быть естественным. — И, конечно, мы надеемся, что ваше знакомство с Магной станет началом чего-то большего.
«Начало чего-то большего?» — повторил про себя Дамиан. Он не смотрел на Магну, но чувствовал, как та напряглась. «Она тоже это слышит. И, скорее всего, ненавидит своих родителей за это».
— Надеюсь, вы не против, если мы присядем? — спросил граф, не дожидаясь ответа.
Дамиан чуть приподнял бровь.
— Моя дочь, — продолжал граф, — обладает многими достоинствами. Она хорошо образована, умеет вести хозяйство и, как вы сами можете заметить, имеет… весьма солидное приданое.
«Солидное приданое». Как будто они говорили о лошади или доме, а не о человеке.
— Да, — сухо сказал юноша, — ваши земли действительно находятся вблизи Тернии.
— Именно, приданое Магны – несколько десятков гектаров плодородных земель. — добавила графиня, явно довольная, что тема зашла именно туда, куда нужно. — А Магна — умная, сильная девушка. Она может стать хорошей женой.
Дамиан медленно перевёл взгляд на Магну. В её глазах он увидел то, что ожидал: раздражение, почти гнев. Она не хотела этого.
— Вы правда считаете, что я нужен вашей дочери? — спросил Дамиан, чуть повысив голос, чтобы окружающие могли услышать.
Граф замялся. Графиня растерянно заморгала.
— Я просто хочу быть честным, — продолжил Дамиан, сохраняя холодную улыбку. — Мне семнадцать. Вашей дочери… двадцать восемь?
Магна не ответила, только чуть напрягла челюсть.
— Тридцать, ваша светлость. Но это не помеха, — быстро сказала графиня, однако в её голосе проскользнуло беспокойство.
— Возможно, для вас, миледи. Но для меня — да. Я не готов к таким обязательствам. Тем более с женщиной, которая намного старше меня.
Тишина повисла между ними, как занесённый для удара меч.
Дамиан чувствовал, как вокруг них начинают собираться другие леди. Они наблюдали, слушали, перешептывались. Для многих из них Дамиан был идеальной партией, и теперь они были возмущены — как эта старуха посмела свататься, словно она имела право претендовать на сердце самого герцога Тернийского?
— Кроме того, — добавил юноша, чуть повысив голос, — я ценю ваше внимание, граф, но не вижу в вашей дочери ничего, что могло бы меня заинтересовать. Ни как партнёра, ни как женщины.
Это было грубо. Совершенно грубо. Но он хотел, чтобы они поняли: он не позволит использовать себя в качестве инструмента для выгодного брака.
Магна встала. Медленно. Холодно.
— Благодарю за компанию, милорд Уоррен, — произнесла она, чуть наклонив голову. — Но, кажется, нам здесь больше нечего делать.
Дамиан поклонился, чуть менее формально, чем обычно, и ушел, оставив графа и графиню стоять в недоумении.
Вокруг него снова начали собираться дамы. Одна из них, особенно дерзкая, прошептала:
— Как они вообще могли предложить вам эту… старуху?
Дамиан улыбнулся, но внутри он чувствовал лишь пустоту. Юноша не хотел обидеть Магну, но столь наглое предложение вывело его из себя.
Оставшаяся часть дня прошла без приключений. Дамиан вернулся в таверну, разделся и залез в подготовленную слугами ванну. Горячая вода расслабляла тело, но мысли юноши крутились вокруг одной-единственной мысли — завтра, всё произойдёт завтра.