еловеке, невидимо, но вполне, и обретается тот самый мальчик! Сотри случайные черты. Как говорится. Что ж он, кусочек обломившегося ему случайно счастья что ли не заслужил? И какой должен быть безжалостный и циничный подлец, который ему в этом его счастье вдруг возьмёт, и откажет. Встречаются ещё среди нас такие, что скрывать. Много ещё надо над этим в обществе работать. Нет в нём понимания глубокой и равной естественности разнообразных, не связанных с насилием, отношений. Не понимают ёбанные пидарасы ни хуя. Ну хочет человек жрать говно - пускай будет счастлив. Я вполне нормально буду с ним общаться, если у него изо рта говном не будет вонять. А ведь много есть таких, которые и не будут! Хочет ишака ебать - пусть ебёт. Мало ли что лично мне не близко. Лишь только не делай никому больно. В числе какового на первых строках презрение и ненависть к тому, кто устроен иначе. Однако, ведь только физические проявления функционирования данных устройств доступны для нашего обозрения. И мы не можем понять, почему некоторые испытывают восторг от того, от чего других тошнит. Но должны ли мы презирать, а не уважать их - за эту их особенность, эту способность? Которая однозначно нам намекает на бесконечное разнообразие мира и таящихся в нём возможностей. В числе коих бессмертие и вечное блаженство ни в чём не виноватой души. А особенности... Это же ведь то же, что вещества. Они нейтральны по отношению к морали. В мире элементов нет эквивалентов. Говорят химики. Но все эти элементы одинаковы с другой, высшей точки зрения. Все они - вещества. И это же касается и существ. За исключением некоторых. А у веществ - некоторых - нет. Вот в чём между ними разница. У веществ нет выбора, но они и не страдают, а у существ выбор есть, да они им пренебрегают. А ебаться - это пусть и те и другие делают как хотят. Правда правшей: сердце располагается у человека слева, чтоб его удобней было убивать. Не подло, со спины, а глядя прямо в его похабную морду. Хитромудрую, как сказал один мой, лишь слегка искушённый в хитростях, и совсем никак в мудростях, друг. Неужели и я, в свою очередь, сказал всё, что хотел, что мог?.. В принципе, наверное, да. По крайней мере, по этой суставной кости можно при желании воссоздать динозавра. Или по приведённой здесь части информации голограмму. Или наоборот. Неважно. В общем, что-то такое. Так зачем дальше писать. Этот цикл завершён. Зачем вымучивать из себя. Если я чего-то в полноте и не досказал, так разве одно. Идите на хуй. Дорогие люди. И по-прежнему будьте бдительно-отвратительны. Я бы так бы хотел бы всех вас поубаюкивать в колыбели. Да колыбели ваши все задубели. К слову сказать. И это несмотря на то, что бог по-прежнему есть любовь. Да на вас ведь никакой любви не хватит. Любимым занятием покойного было ковырять в носу. Господь, несомненно, упокоит его на лоне своём. Вот что читаю я на надгробных камнях кладбищ. И ещё он построил дом. И тут я слышу песню вороны, сидящей в гнезде над головою моей. Потому что она тоже построила дом. И в порядке последнего расшаркивания. Хотя и с неприятно для меня самого отчётливой артикуляцией. Да куда ж деваться. Надо идейную базу подтащить. Без этого, говорят, никуда. Я буду лучше страстно-заблуждающимся, чем келейно-правым. Особенно учитывая насколько в моей неправоте меня утешает то, что её келейная противоположность невозможней практически любых внекелейных заблуждений. За исключением случаев глупости и безумия. То есть, Гитлера и Чикатило мы из рассмотрения исключаем. А также 99% добрых жителей Земли. Относящихся к первой категории. И остаются нам лишь смиренные сердцем. Они - не глупы, не безумны. Они - скромны и не судят. О том, что выше их понимания. Это и есть, по сути, высшая, доступная человеку, мудрость. И потому и я себя не сужу. Кто рано встаёт - тому бог даёт. Во как! Сам бог! Немыслимо и представить. Ладно ещё, если Нерон. Типа - тоже бог. Но это всё игра слов. А к сути. Встал-то я, может, и рано. Да долго раскачивался. Никогда не обольщался кошачьей миловидностью. Тут вопрос только в возможности или её отсутствии растерзать что угодно. Ибо два вида существ лишь и есть в мире. Собаки и кошки. Для первых из которых принцип иерархии есть врождён. И другие, те, в коих втверждена тупость. Так как в искренно и бестолково тявкающей сявке благородства больше, чем в сытой вальяжной кошаре. О чём вы, конечно, не знали. Так как вы она и есть. Ну а я, соответственно, знал. Это надо читать с ленивым лицом. С недоумением. И с раздражением. (И м.б… потом, когда-нибудь потом - с тихой ненавистью? И лишь сейчас - усталым презрением?) Ах, да и хрен с ним. Когда я понял, что уровни не соприкасаются, я перестал волноваться. б... бургер кинг банк беру. ру букинг бо... борницкий карьер боль борис больница бол... боль больница большая большой боль... больница большая большой под левым ребром больш... большая большой больше большие больше... чем чем друг большевиков большеохтинский мост больше с... сюда не стаффа страсти мать спасибо больше св... света магазин света своих свободного времени больше све... света магазин света сведений свежих больше свет... света магазин света сведений свежих больше света! магазин и тепла в июле астрахань больше света! п... - - - больше света! по... получают растения поэтому когда поло седан больше света! последние... новости больше света! последние с... серии больше света! последние сл... слухи больше света! последние слова... ??????????????????????????????? больше света! последние слова Г... ???????????????????????????????? больше света! последние слова Гё... ?????????????????????????????????? больше света! последние слова Гёт... гёте . Вот и всё, что говорится, что нам нужно знать о мире. В котором так много магазинов света. Новостей, серий и слухов. А также большевиков и Большеохтинских мостов. Н-да. Ещё боль под левым ребром. У старого большевика что-то закололо под левым ребром. Хотя причины были сугубо медицинскими. Пишущая братия. Пышущая панибратия. Равно как и вся прочая пищащая пиздобратия. В сей рати ли я? Не лучшебль сети посрати? Каковое есть дело здоровое. Как впрочем и желание наблевать при виде книги с названием «Книга Времени. Семь монет антиквара.» Их которых много таких. Или вот, допустим, подобный отдельный период: «Сьюзан Зонтаг - женщина, которой я восхищаюсь. Ее творческая деятельность настолько впечатляет, что кажется чем-то мифическим. Но когда начинаешь читать ее работы, они напоминают разговор со старшей сестрой. Биографию Зонтаг я планирую прочитать в летний отпуск, на веранде, сидя в кресле с чашечкой чая». С чашечкой чая? Гм. Изящно. Остроумно. Тонко. Весьма. С чашечкой чая. Уж тогда, что ли, сидя при этом на крепком хую. Что напоминало бы, в свою очередь, тёплый задушевный разговор со старшим братом. Ах, все мы мечтаем о настоящей единственной дружбе. И существенно важно при этом, чтоб она была скреплена подлинно близкими отношениями. Что я имею в виду, когда говорю о подлинно близких отношениях? А то́ не понятно! Покажите член! Ам избирательной комиссии член! Вот что такое близкие отношения! Прежде всего - с собственным разумом. (Который, прежде, чем тво́й - собственный. В конце-то концов.) Какую ценность имеет предмет, если он не один? Но когда его много? Равномерно уменьшающуюся на собственное количество. Как сказал расположивший вокруг себя красавцев поэт. Безнадёжна эта бесконечность. Хоть и обеспечена ей вечность. В самом деле, какой смысл имеет существование чего-то, неосознающего собственное существование? Пускай оно будет трижды вечным. Коли оно ничем от несуществования не отлично? Ну, значит, и вечность у него такая же! Равная невечности! Лишь видимость, снаружи обнаруживаемая! Ну, пустота есть. Ну, есть и заполненная пустота. Но не непустотой заполнена она. А лишь более плотной пустотой. Видимостью. Для того, кто способен видеть. А сама по себе она ни на что не способна. Как может быть способно на что-то то, чего нет? Существование чего обеспечено лишь наличием у него имени? Никак. В отличие, кстати, от бога, который, напротив, совершенно один. Настолько, что у него и имени нет. Хоть сам он и имеет бесконечную ценность. От которой, впрочем, ему ни жарко ни холодно. Но этот вопрос мы рассмотрим позже. Как любят говорить научные писатели. Короче! Положивши в жопу огурцы Сразу станете вы молодцы! Именно только так это всё и надо понимать. Высоки берега корыта довольства малым. И, увы, не в теле, но в духе. Как сказал Аристотель. Ах. Простым людям недоступны сложные радости. Для сложных же нету простых. Я брякну тут одну истину. Совы не то, чем они кажутся. (На самом деле они снегири.) Просто - не примитивное. Но смыслосообразное. Совсем независимо от уровня его технической сложности. Каковая сложна лишь для жизнеподобий с напрочь отсутствующим пониманием смыслосообразности. И очень проста для тех, для кого невозможна помойная красота. Что есть помойная красота? Помойная красота есть то здоровое, экологичное и позитивное, что в любую историческую эпоху наполняет жизни ей сопричастных людей. Снабжённых двумя (-мя, 2) непременными атрибутами. Они хорошо пахнут снаружи и плохо внутри. Нет-нет, полагаю, внутренности у них пахнут неплохо! Ну, лично я дальше ближайших не пробовал. Нюхать. А вы что подумали. Тем более в любую историческую эпоху. Эх. Если б дело было во внутренностях! Да на уровне внутренностей-то всё можно понять и простить! Посмотрите на это облако. Что вы видите перед собою? Правильно. Кирпич. Кстати. На злобу дня.