ные звуки. А лишь подобные собою издаваемым. То есть мычание, урчание, рычание, лай, рёв, шипение, блеяние, писк или молчание. Так что безопасно. «Название своего романа Оутс взяла из идеи Эдгара По о том, что для преобразования мира и пути к бессмертию надо написать абсолютно правдивую книгу под названием «Исповедь моего сердца». Ага. В которой само название неправдиво. Ты перед кем исповедуешься? И в чём? И зачем? У тебя же нет подлинно великих целей. А ведь, так называемая «исповедь» это, как бы, то есть, вроде бы как - нечто великое? И как же ты тогда можешь её начинать с подобной вульгарной штамповки? Вслед за Эдгаром По? Которому тоже непростительно. Каким бы уж он там разромантиком не был. Исповедь сердца! Да ещё моего! А не твоего, почему-то. Нет. А эту книгу в таком случае надо было бы называть «Ебал я в жопу всех, которые уклоняются от своего священного человеческого предназначения». То есть, если короче: «Ебал я в жопу всех!» За исключением Александра Огаркова. Но это я, впрочем, уже объяснял. А сейчас я ещё кое-что объясню. Учить мыслить, это не то же самое, что мыслить. Учит мыслить тот, кто не способен двигаться дальше, потому что боится идти один. И на этом рубеже он топчется с толпой восхищённых учеников. Которые тоже весьма неплохо научились учить мыслить. И в итоге - их много получается, подобных акушеров. Лишь рожать по-прежнему некому. Потому что как рожать можно лишь самому, так и мыслить можно лишь одному. Акушеры же - из разряда подспудных средств, в числе коих всё что угодно другое, весь комплекс обеспечивающих человека на пути к чему-то существенному условий. И далеко не главное из всех условий возможности движения в этом направлении. А чаще всего они и вообще не нужны. Потому что природа и сама уже заранее обо всём позаботилась. Природа вещей естественно, какая ещё природа. Natura naturans, ёб вашу мать. Мысль бога, а не трепещущий лепесточек. Который от камня ничем не отличается. До тех пор, пока в целое не включён. Так что не надо трясти перед моими глазами своими дипломами, делая при этом вид, что вы ими не трясёте. У ангелов нет дипломов, следовательно вы не ангелы. Кроме того: что в вас хорошего-то? Если вы можете только вздыхать, да охать? И лишь когда растревожены подобными замечаниями - начинаете превращаться из условно миролюбивых учёных морских свинок в злобно огрызающихся и уже ничуть не учёных хорьков. Показывая тем самым своё истинное (постоянное) лицо. Бдительно дремлющее под дипломом. Господи ж ты боже мой! Если вы считаете себя такими интересными и хорошими, то почему с вами настолько скучно и безысходно! Как говорится, что с вами не так? Может, вот всё именно такое подобное происходит с теми крестьянскими или мещанскими детьми, которым надо было просто продолжать пахать землю и торговать бакалеей? Они думали, что научатся чему-то и станут чем-то. А в итоге, научились ничему и стали ещё бо́льшим ничем. «Сижу и плачу одинокий, не зная, как сюда попал.» Если бы! А то ведь, как правило, чем больше нуль, тем толще контур. В общину! К станку! За прилавок! И всё станет хорошо. Нормальные люди, отступившие перед жизнью, утратившие к ней пыл, уходят хотя бы в (так называемый) разврат. Не знаю там, в пьянство, какие-нибудь блядские путешествия, развлечения… Вы и на это неспособны, а всё на что - это лишь длить тоску. Эй! Ребята! Зачем вы здесь? Ни богу кочерга, ни чёрту свечка, ни в красну армию и вовсе никуда. А вот манипулировать хитровыспренними, особовыстроенными (подразумевающими немыслимое глубокомыслие и соответствующее его степени личное достоинство) терминологическими конструкциями, на это вы горазды, да. В которых всё найдёшь, и небрежный павлиний апломб, и (столь же тщетно, сколь и старательно) маскирующую его слоновью игривость… И кучу белых, во все стороны, нитей. Лишь предполагающееся содержание в обнаружении как всегда задерживается до каких-то там лучших никогда не имеющих состояться времён. Но это не беда. Потому что это не так. А просто уровень компетентности должен быть очень высокий, чтоб судить о таком глубоком и сложном содержании. Если нет уровня компетентности, человек просто этой глубины не видит. Судя вкривь и вкось то, чего ему не дано понять. Потому что Хрюшу Фитюшина понять, это вам не Канта с Гегелем! Ведь как он вымучивает из себя всю эту псевдоучёную галиматью, высасывая из пальца то, чего и отродясь не бывало! Никакому Шопенгауэру не снилось! Но если бы, набравшись энтузиазма (инспирированного здоровым человеческим интересом, злостью и смелостью, необходимыми в качестве главного условия возможности достижения знания), вместо своего мёртвого пальца он что живое вознамерился пососать, я бы, может, первый и протянул бы ему! И даже не непременно бы это сразу был хуй. Там и везде бы что-нибудь, глядишь, обнаружилось. Из того, то есть, 1. откуда и 2. что можно высосать. Да откуда и что угодно! Понятно, что он не хочет. Потому что не может. Так как серьёзный человек. А я - несерьёзный! Но если бы это случилось, тогда этот серьёзный человек бросил бы, может быть, заниматься всякой привычной ему хуйнёй и узнал, наконец, что-нибудь непривычное. От которого до подлинного один шаг. Ты пойми, я же не хочу тебя. Но лишь жертвую собой. Несмотря на всю безнадёжность. И данной. И слишком многих прочих подобных ситуаций. Искусство - единственный инструмент исследования реальности. «...истина может быть выражена только эстетически... Только когда идеи являются поэтическими, они становятся глубокими и выражают реальность.» Как об этом сказал Томас Мур. И много кто из знающих людей. До, одновременно и после него. А он мне лишь подвернулся. И это то, что ты и подобные тебе никогда не понимали и не поймут. Продолжая карабкаться в своих конструкциях. Мне стало бы жалко тебя, если бы ты перестал корчить из себя нечто самодостаточное. А так мне не жалко тебя. Ты заслужил отсутствие у меня к тебе жалости. Потому что все вы предатели. Вслед за собой - бога и всего остального. Вы же глубоко несчастные люди. Зажатые, зашоренные. Душевно необразованные. Да и, несмотря на любое количество знаний, умственно необразованные тоже. Вы знаете, что не нужно, а что нужно ‐ не знаете. И боитесь узнать. Допустим, вы боитесь узнать, что вы трусы и бездари. А ведь узнать это - получить единственный шанс перестать ими быть. Поэтому - это и вообще единственное, что вам, для начала, надо бы знать. Сначала трусы, потом бездари. Это второе. Трусы в том, чтобы верить себе в том, что есть необходимость искать себя и есть надежда себя найти. И даже если нет этой надежды. А вместо этого вы начинаете выдумывать всякую хуйню. Подтверждаемую подобной же хуйнёй: признанием таких же как вы. А не таких, как те, которых вам скучно читать: Данте и Гёте. Которые слишком непосредственны и просты для вас. То есть, как вы - не хитровыебанны. Они просто творцы мировой культуры. Этого мало. Это не обязательно то. От этого не надо плясать. Как может быть не дураком человек, который так считает? А отчего он, опять же, дурак? Да всё от той же самой трусости. Он же не ставил, в силу её, перед собой задачу себя искать. Он ставил перед собой задачу защищать диссертацию. Конечно, наверное, это можно делать параллельно. Но мне почему-то кажется, что чаще всего такая параллельность оборачивается ставящей на главном перпендикулярностью. Слишком много глупостей рассеяно на этом пути, через которые безущербно не протащить себя человеку с душой: постепенно, по частям, там, сям - на колючках, крючках вся и останется. Совсем внизу - не особенно проще, но тут хотя бы не надо сверх меры кривляться и подстраиваться, достаточно помалкивать, да делать своё. Не ведомое никому. Хотя и это не главное. Где проще где нет. А лишь где честней. Смелей, презрительней. Отчаянней. Может быть, в каком-то смысле безнадёжней. Опасней. Но, кстати, несмотря на всё это, прекрасней. То есть, там. Там та рам, там, та рам. Там. За облаками. Где спасение души. А не вшивая статусность. То есть, статусность вши. Ладно. Что-то я разболтался о простом. Всё равно оно останется для вас за семью печатями. Это ведь не понимать, это знать надо. Впрочем, как и всё остальное. Вся штука в том, что люди уже познали всё, что можно было познать. Но при этом не познали главного. Того, чего нельзя познать. Но что познать надо. Но это не познаешь путём, которым познаётся всё остальное. Надо верить только откровениям. А много ль среди вас таких, которые с ними случаются? Поэтому вы продолжаете рассуждать. То есть, строить, в лучшем случае, детские предположения. Которые основываются на том, что всё должно быть хорошо. Даже если предположения печальные. Лишь бы самоуважение не угашалось. Так я вам скажу, что в этом смысле будет всё плохо. Потому что и концепции ваши закругленные говно, и сами вы высокомерные пидерасы. И разве не поэтому с вами не случаются откровения? Посмотрите, как всякая тварь сражается за свою «честь». Как будто она есть. В то время, как есть лишь скорлупа. А под ней пустота. Вот за сохранение этой пустоты тварь и сражается. Скорлупа - жёсткая и колючая. Снаружи. И мяяяяяягонькая внутри. Чтобы пустоте было удобно. Вы и есть она. Вам и удобно. И это ваша первая и последняя суть: сохранение своей «чести». Но не правды, увы. Которая для пустоты неудобна. Которая должна войти туда, где пустота. И которая туда никогда не войдёт. Для чего скорлупа и припасена. Называющаяся честью. Которою самые бесчестные более всех и