Что я и сделала.
— В первый день он был в какой-то мере сносным, — ответила я. — А теперь ведет себя, как засранец. Я рассказывала тебе, что, начиная с этих выходных, мне объявлен бойкот? Он будет общаться со мной лишь посредством смс или электронной почты.
Я взглянула на тему последнего письма, все еще открытого на экране.
ТЕМА: ПРАВИЛА № 5, 6 и 7 (с немедленным вступлением в силу)
— В любом случае, — произнесла я, переведя взгляд на Келли, — когда ты собираешься приехать? На этой неделе мне выпишут новое снотворное, так что буду готова к настоящей соседке.
Она бегло окинула меня своим «у меня плохие новости» взглядом и выдавила улыбку.
― Ладно, Хейлс. Ты уж не серчай, но…
― Но что?
― Возможно, я приеду только через несколько месяцев.
― Что? Почему?
― Потому что вчера мы с братом посетили благотворительный ужин на Уолл-Стрит, и ты не поверишь, с кем я там познакомилась!
— С кем-то, кто готов дать нам еще один огромный кредит?
― Ха! ― усмехнулась она. ― Ни в коем случае. Это была Аризона Тернер! Владелица сети кафе Ari & Carter, которые есть в каждом курортном городе! Я рассказала ей о нашей кофейне-винотеке, и она позволила мне сопровождать ее в течение нескольких месяцев. Так что, полагаю, ты можешь продолжать изучать на практике реальную организацию и повседневное ведение бизнеса, а я смогу обучиться управлению кафе у одной из лучших в этом деле. Затем приеду в Сан-Франциско, в течение года или около того заработаем денег, и мы снова сможем открыть кафе нашей мечты. Что скажешь?
― Я когда-нибудь говорила тебе, что ненавижу твой нескончаемый оптимизм? ― я смахнула несколько радостных слез. — Это лучшие новости, что я слышала за последнюю неделю. Рада за тебя.
― За нас, Хейлс.
Она прикоснулась к экрану и притворилась, будто вытирает мне слезы.
― Думаю, во второй раз у нас все получится. Ты попросишь брата взглянуть на наш старый бизнес-план, чтобы узнать, в каком месте мы ошиблись?
― Если когда-нибудь пересекусь с ним дольше, чем на пять минут.
Я начала было рассказывать ей о том, что суматошный график работы моего брата и его компания день ото дня истощают меня, как открылась дверь в мой кабинет.
― Мисс Смит, вы должны прочесть это к пятнице. ― Анжела положила стопку файлов на мой стол. ― Также вы должны убедиться, что ознакомились с финансовыми законопроектами, которые власти Мемфиса предлагают для нашей будущей деятельности на юге. Ну и после вы изучите предложения от властей Далласа, Форт-Лодердейла и Литл-Рока. О, к слову, об этом…
Она продолжила выдавать по сто слов в минуту, добавляя задание за заданием, на что Келли сочувственно покачала головой.
― Вы все запомнили, мисс Смит? ― Анжела улыбнулась, положив последний файл в стопку.
― Думаю, да.
― Отлично! ― Она направилась к двери. ― И не забудьте, отдел кибербезопасности ждет финансовую смету к концу рабочего дня. Без возражений.
Она покинула кабинет, и дверь, не успев закрыться за ней, тут же открылась вновь. Интерн, избегая моего взгляда, поставил букет прекрасных белых роз на мой стол и тут же вытащил из-под мышки файл.
― Нет, ― я указала на дверь. ― Не смей подкидывать мне работу.
― Но...
— Принеси мне его на следующей неделе. Не сейчас.
Он побледнел и растерянно перевел взгляд с меня на файл и обратно. Затем, несмотря на мои возражения, бросил его на стол и выбежал из кабинета.
— Ага, забираю свои слова обратно, — улыбнулась Келли. — Думаю, я присоединюсь к тебе в «Стэтхем Индастриз» через несколько лет, а не месяцев.
— Очень надеюсь, что ты шутишь.
— Ага, — подмигнула она. — Позвоню тебе вечером. Не забудь сообщить брату об изменениях.
— Не забуду.
Я положила трубку и с благоговейным трепетом взглянула на прекрасные белые цветы.
Может, это Кори наконец-то извиняется за то, что вел себя, как задница?
Я вытащила крошечный красный конверт из букета и открыла его, ожидая увидеть «Прости меня», но этого там не было. Это была записка от последнего в мире человека, которого я хотела простить.
Хейли,
Я люблю тебя, и мне очень жаль, что причинила тебе столько боли. (Хочешь ты в это верить или нет).
Могу ли я поговорить с тобой теперь, когда ты живешь в Сан-Франциско? Хотя бы пять минут.
Твоя мама, Дениз Стэтхем.
(Или, как ты обращалась ко мне в своих письмах,
Заключенный #W098287).
Я в полном неверии смотрела на последнюю строчку ее записки. Ни на одно из ста семидесяти шести писем, отправленных ей с момента заключения, она не ответила. И те несколько раз, когда моя первая приемная семья позволяла навестить маму в тюрьме, она вела себя так, словно ей было более интересно слушать о Джонатане и чем он занимался, чем обо мне.