— Ты надеешься, что Карпатиу сможет тебе помочь?
— Безусловно.
— А что, если прежде чем ты попадешь к нему, тебя зацапают?
— Я попаду к нему. У меня по-прежнему аккредитационная карточка и документы на имя Орешковича. Если полиция будет ждать меня в отеле «Плаза», возможно, что они не узнают меня.
— Ты, похоже, считаешь, что им неизвестны твои поддельные документы после того, как ты улизнул из Европы, воспользовавшись ими? Давай поменяемся документами. Пока они будут считать, что это я выдаю себя за Орешковича, у тебя будет время, чтобы пройти к Карпатиу.
Бак пожал плечами.
— Пожалуй, стоит попробовать, — согласился он. — Мне не следует здесь оставаться, но я хотел бы посмотреть на Карпатиу в «Ночных новостях».
— Может, поедешь ко мне?
— Они вскоре будут разыскивать меня и там.
— Давай позвоним Мардж. Она с мужем живет здесь совсем не далеко.
— Только не звони по моему телефону. Стив поморщился.
— Ты ведешь себя как герой фильма про шпионов. Стив позвонил по сотовому телефону. Мардж согласилась, чтобы они пришли, не мешкая. Она сказала, что ее муж в это время обычно смотрит другую программу, но она уговорит его посмотреть ее потом в записи.
Когда Бак и Стив садились в такси, они обратили внимание на две полицейские машины без опознавательных знаков напротив дома Бака.
— Это и впрямь похоже на шпионский фильм, — заметил Бак.
Муж Мардж был не восторге от того, что лишился любимого кресла и любимого шоу, но даже он заинтересовался, когда начался показ «Ночных новостей». Трудно было определить, вел ли себя Карпатиу вполне естественно, или же он был очень хорошо подготовлен к передаче. При любой возможности он смотрел прямо в камеру, так что создавалось удивительное впечатление, будто бы он обращается персонально к каждому зрителю.
— Ваше выступление в ООН, — начал Уоллес Теодор, — две пресс-конференции, одна из которых предшествовала выступлению, а другая состоялась сразу после него, потрясли Нью-Йорк. Поскольку значительная часть этих выступлений была уже вечером в эфире, а также передавалась в последних известиях местных радиостанций, вы приобрели в этой стране необычайную популярность.
Карпатиу улыбнулся.
— Как любого европейца, особенно человека из Восточной Европы, меня поразила ваша технология. Я…
— Не правда ли, сэр, что на самом деле ваше происхождение уходит корнями в Западную Европу? Говорят, что ваши предки — итальянцы?
— Это верно, но это же справедливо и в отношении большинства урожденных румын. Это даже отражено в названии нашей страны. Но я начал говорить о вашей технологии. Ваша технология потрясает. И все же я хочу заявить, что я приехал в вашу страну не для того, чтобы стать знаменитостью или чтобы меня сделали таковой. У меня есть определенная цель, миссия, послание, и все это не имеет ничего общего с моей личной известностью, моим личным…
— Но разве не правда, что вы приехали сюда прямо из фотостудии, где был сделан ваш портрет для журнала «Пипл»?
— Да, но я…
— Разве не верно, что вас уже называют самым обаятельным из живущих на земле людей?
— Я не знаю, что это означает. В своем интервью я рассказал о своем детстве, о своей деловой и политической карьере. Мне говорили, что этот журнал ежегодно помещает на обложке январского номера портрет самого сексапильного человека. Но это слишком рано для будущего года, а нынешний год уже позади.
— Мистер Карпатиу, я убежден: вас должно было смутить, что это звание получил два месяца назад молодой певец, звезда эстрады, но…
— Я с сожалением должен сказать, что не был знаком с этим юношей до того, как увидел его фотографию на обложке журнала.
— Однако, сэр, разве вам неизвестно, что журнал «Пипл» решил нарушить свою традицию: он снимает ранее помещенный там портрет самого сексапильного человека, и на этом месте будет помещен ваш портрет.
— Мне кажется, они пытались мне сказать что-то в этом роде, но я тогда этого не понял. Этот юноша где-то надебоширил или что-то в этом роде…
— И вы оказались подходящей заменой для него.
— Я ничего не знаю об этом. И, честно говоря, на таких условиях я не стал бы давать интервью. Я не считаю себя сексапильным. Я организую крестовый поход за единение всех людей мира. Я не стремлюсь к власти. Я просто хочу, чтобы меня услышали. Я надеюсь, что мое обращение получит распространение также и благодаря статье в этом журнале.
— Вы уже обладаете властью в своей стране, мистер Карпатиу.
— Да, моя маленькая страна обратилась ко мне с просьбой послужить ей, и я дал согласие.