Но эта её категоричность вымораживала, если честно. Не нужны ей чужие дети. Не бывает чужих детей! Не виноват же малыш, что его мать неадекватная дрянь и накачала отца наркотой, чтобы его зачать?! Здоровый бы родился.
Я поймал себя на мысле, что уже смирился и считаю ребёнка Крис своим. А это, если что, ещё доказать надо!
И чего Галя так завелась?! Я бы вот... Я подумал о том, что у неё мог бы быть ребёнок от Дмитрия. И стало хреново. Отчётливо так хреново. Смирился бы я? Принял бы её с ребёнком? Да, я могу сейчас бить себя пяткой в грудь и кричать, что, конечно, принял бы. Я же молодец, я её люблю. Но... Ведь у неё-то внебрачных детей нет.
Входная дверь хлопнул, а я понял, что долбанный идиот. Только что моя жена ушла. Ушла от меня. А я, как обидившейся малолетки, сижу, думы думаю, губы дую. Прямо принцесса, сука, в башне!
Ладно, перебесится и вернётся. А я пока все подготовлю. Сделаю анализ дне. Это же и в чреве матери как-то делают. И уже спокойно поговорим.
Но Гася не перебесилась. Не на следующий день, не через два, не на третий. Приезжал Ростов. Выслушал, пообещал вернуть дочь и пропал на три дня. Вернулся, хмыкнул, мол, мои проблемы, нефиг было спермой куда не поподя швыряться. И уехал.
А жены не было. Она прекрасно и спокойно жила без меня. Как и прежде. Не звонила, не писала, никак не давала понять, что злиться. Что я вообще ей нужен. Нет и нет. Как будто я один подыхал от тоски. Практически физически страдал от боли. Задыхался по ночам, когда её нет рядом.
И я вдруг осознал только одну мысль. Если ребёнок окажется мой — она уйдёт. Действительно просто уйдёт. Оставила же она своего бандита-жмурика. Оставила и не возвращалась. И от меня уйдёт. Искать подходящее ей будущее.
А я сдохну. Просто сдохну без неё.
— Бестужев Матвей? — я принял звонок автоматически.
— Да, — устало кивнул сам себе.
— Я беспокою вас из частной клиники N. По поводу анализов ДНК и определения отцовства, — оповестила меня женщина уставшим голосом.
Я напрягся. Вот и момент истины. Меня даже затошнило. Крис ведь не возражал даже. Согласилась на анализы. Уверена, что ребёнок мой...
— Вы не являетесь отцом, — продолжила женщина. — Это не Ваш ребёнок, господин Бестужев.
— Что? — голос хриплый. — Вы уверены?
— У нас не бывает ошибок, — даже как-то обиженно выдаёт девушка.
— Спасибо, девушка! — радостно ору в трубку и сбрасываю звонок.
Боженька, ты есть! Теперь я в этом уверен! Ты есть, и ты меня любишь. Это не мой ребёнок. И меня даже не волнует чей!
Выскакивают из квартиры и уже выруливая с парковки, звоню Кристине.
— Какая же ты пиздливая, — счастливо выдаю ей вместо приветствия. — Но я и этому рад.
— Не понимаю, — Крис ревёт мне в трубку. Ей, видимо, тоже уже сообщили результат. — Он должен быть твой. Я же специально тебя опоила, все прочитала! Даже не спала ни с кем другим в тот день!
Какая же она идиотка, храни этот идиотизм, Господи! Если бы не была такой клинической дурой, все могло бы получиться.
— Крис, мне искренне плевать, как дальше сложится твоя судьба, но если ты ещё раз появишься в поле зрения моей семьи, — начал я серьёзно, — я уничтожу всю твою жизнь!
— Но я же беременна, и... — дослущивать это нытье не стал, уже выруливая на трассу, кинул трубку.
Купил цветов и рванул к жене. Хватит ей отсиживаться в глуши, отдохнула. Пора возвращаться домой. Нужно, в конце-концов и о своих детях подумать.
Гася разговаривала недалеко от ворот с Алексеем. А этого что за нелёгкая принесла?! Подхожу ближе и слышу, как моя ненаглядная с улыбкой вещвет, что обязательно заберёт дочку Димы. Ну, это как я понял. Прекрасно, бля!
— Значит, чужих детей тебе не надо, да?! — зло сжимаю в руках веник из лилий. А потом и вовсе швыряю его под ноги этой парочки.
Гася смотрит на меня ошарашенно, но быстро берет себя в руки и хмыкает.
— А ты чего приехал? — скрещивает руки на груди. Спокойная, аж бесит. — Неделю не было. Носки чистые закончились?
Какие, бля, носки?? Что за бред?!
— Я мчался к тебе, — начинаю выходить из себя.
— Ты через Урал мчался, что ли? — хохочет подошедшая сзади Лера. С лопатой. Опасно, конечно, но злости не убавилось. — Неделю мчаться...
— А тебя вообще не спрашивали, — гаркаю на нашу Ягу.
Кораблева хищно прищурилась. У меня по спине пробежал мороз.
— Лер, — Галя улыбается блондинке. — Сделаешь чаек?
Девушка молча уходит, но я чувствую, что мне это обязательно ещё припомнят. Тёмной ночью. В подворотне.