Дальше каждый собирался отличиться в своей области, у меня хорошо получались зелья, у Литы чары, у Эда трансфигурация, у Невилла травология, а Драко готовился к защите от темных исскуств. Остальные хотели попробовать получить высшую оценку, но не были до конца уверены в своих силах, так что готовились ко всему сразу.
— Какие планы на неделю? — спросил я.
— Макгонагалл дает дополнительные уроки в среду и пятницу, пойду на них, так что на тренировках не жди. А у тебя?
— Хочу зайти к Кэрроу, а во вторник и четверг в зельеварне.
— Понятно, а что у Кэрроу будет?
— Хочу расспросить про экзамен, может что про расскажет полезного.
— Потом расскажи нам с Литой.
— Конечно.
К ночи подошла Лита и Невилл, а на утро началась предэкзаменационная гонка. Профессора не давали больше нового материала, сосредоточившись на вопросах учеников. К Помфри в больничное крыло выстроилась целая очередь за успокоительными, а забившихся в истерике по скрытым нишам Хогвартса с каждым днем было все больше.
Я, если честно, тоже нервничал. Понятное дело, к экзаменам я был готов. Хоть и весь год я занимался и учился как проклятый, носясь между библиотекой, друзьями с конспектами, тренировками и уроками, я выучил весь материал по всем предметам заранее, еще тогда, когда он давался преподавателями, мандраж все еще остался.
Печальное зрелище представляли из себя многочисленные маглорожденные ученики, на которых с первого дня навалилось просто уйма нового. Многим чистокровным тоже было тяжело, хоть они и знали историю, неплохо разбирались в зельях и других предметах, но все же учеба выматывала и в гранит науки приходлось вгрызаться всем.
Но пугала меня больше не близость экзаменов, а скорее тот факт, что в следующие года будет только хуже. Сейчас я мог выезжать только благодаря более взрослому складу ума, хорошей памяти и усидчивости, но что будет, когда мои сверстники тоже повзрослеют и преподаватели, в соответствии с учебной программой, навалят еще больше материала.
***
За активной подготовкой к экзаменам неделя пронеслась незаметно и слишком быстро и наступили экзамены. Всего у нас было десять предметов. По этике и астрономии в полугодии ставился только зачет или незачет исходя из результатов работы на протяжении полугодия, так что у меня они были уже закрыты.
В понедельник мы отправились сдавать два самых легких для почти всего курса предмета.
Полеты на метлах не сдали только пару человек среди всего курса. Требовалось просто подняться в воздух и пролететь небольшую полосу препятствий. Пролет через кольцо, подлететь под деревянной плахой, подняться повыше и пролететь над заборчиком и повилять змейкой. Чтобы не отнимать время у других, тренер Трюк сразу поставила зачеты десятку гриффиндорцев, показавших себя лучше других в этом году.
Далее была травология. Результаты письменного теста будут завтра, так что из класса мы сразу отправились в теплицы работать с растениями. Невилл и еще одна скромная девочка с нашего факультета встали прямо около профессора с намерением сдать предмет идеально, стальные же распределились по теплице и выполняли несложные махинации с цветками.
Подрезать отсохшие листья, собрать семена из волшебного клеродендрума. Этот цветок дает семена в течении всего года, нужно было найти созревшие и правильно надавить на коробочку, чтобы из нее высыпались семечки. Затем собрать их на специальную тряпочку и подписать кусочком бумаги.
Ну и под конец пересадить и правильно удобрить то же самое растение и сдать результат профессору. Я немного ошибся и принял один из пяти цветков за созревший, так что получил за работу выше ожидаемого.
После обеда у нас, так как по этике уже стоял зачет, было окно, в которое я направился в библиотеку, а вот большая часть курса поплелась к профессору Блэку писать письменную работу.
Во вторник стояли сложные предметы с утра и еще более сложные во второй половине дня. Первой шла малефика.
Профессор выдал несложные бланки с вопросами, на которые я, идущий на высший бал, отвечал развернуто, с пояснениями и дополнениями. Рядом со мной скрипела пером Лита, а через три парты Эд. Лица их выражали торжество и ничего более, скорее всего, им экзамен трудным тоже не показался.
На практике требовалось причинить тяжкие телесные манекену в двадцати метрах. Ученики по очереди заходили в кабинет и колдовали, а остальные мариновались в коридоре. Выходили, отстрелявшиеся в другую дверь, так что расспросить о том, что было не получилось.