Питер никогда не оставлял единственную подругу без поддержки, пообещав, что поможет отыскать нить к событиям забытого Шерри прошлого, которое и впрямь было окутано туманом загадочности и полной неизвестности. Пит был младше своей подруги на полгода и представлял из себя худощавого мальчика среднего роста. Рожденный в английской семье, шатен с непослушной челкой и светло-карими глазами, уникальность цвета которых подчеркивали круглые очки в старой оправе. Свои тонкие губы Пит поджимал каждый раз, испытывая маленькое поражение перед умнейшим словом, оставленным на книжной полке. Среди других мальчиков его выделяло наличие ямочки на подбородке, как и несвойственная большему количеству юных сорванцов скромность в манерах и голосе. Голова Пита была пропитана знаниями, а сердце наполнено добротой, привитой от покойной матери. Шерри не раз утверждала, что ее друг знает все на свете, поскольку он до последнего засиживался в библиотеке, за что получил прозвище книжного мальчика. До знакомства с рыжеволосой девочкой любознательный Пит находил утешение в красоте прекрасного звездного неба. В этих огоньках он видел нечто чарующее, что могло согреть его одинокую душу. За несколько лет Шерри смогла стать ему самым близким другом, он доверял ей, мог рассказать обо всем на свете. И что бы не случалось в стенах сиротского дома, эти двое всегда были готовы встать на защиту друг друга. Они стали настоящей командой и даже со временем придумали девиз, который сопровождал их уже многие годы.
Поднявшись на третий этаж, Питер в очередной раз оглянулся по сторонам. Совсем одинокий, до жути мрачный коридор. Напугать Шерри было очень сложно, однако страх темноты иногда брал над храброй девочкой верх. Ее лицо освещала тусклая свеча, а пушистые волосы трепал сквозной ветер. Друзья ускорили шаг и через полминуты приблизились к грозным дверям библиотеки. По ночам эта комната была заперта, однако Шерри с трудом, но смогла выкрасть второй ключ у миссис Голдман (пожертвовав теперь кофейным рукавом своего платья).
— Открывай, скорее, — поправив очки, поторапливал подругу Питер.
— Посвети сюда, Пит! — сказала Шерри, которая никак не могла попасть ключом в старую скважину.
— Шерри, кажется, я слышал шаги, — испугался Питер.
— Почти открыла, — прошептала девочка и со всей силы дернула дверную ручку.
Вмиг два силуэта скрылись среди книг. Заперев дверь, Шерри вновь оглядела немыслимые пределы библиотеки. Казалось, что здесь было бесконечное количество полок, секций, которые друзья продолжали исследовать из ночи в ночь. В библиотеку редко заходили дети, поэтому читальный зал Питер и Шерри по праву называли своим убежищем, где друзья могли обсудить любые вопросы. Здесь, по мнению Питера, могли прятаться подсказки, которые смогли бы помочь Шерри зацепиться за крупицы ее потерянного прошлого. Маленький ключ на шее девочки был не так прост, каким казался на первый взгляд. Пит сразу заметил старую гравировку величественного дворца, который, вероятно, с таким же успехом мог украшать книжные страницы.
— Сегодня я исследую девятую секцию, а ты шестнадцатую, — зажигая еще одну свечу, напомнил Питер. — Не будем терять времени, — передав источник света Шерри, добавил он.
— Тогда за работу, сэр Питер Лейн, — подобрав волосы, с энтузиазмом ответила девочка.
Часы показывали без пятнадцати минут час ночи. Невольно зевнув и протерев очки длинным рукавом рубашки, Пит окунулся во владения девятой секции, пока его подруга искала зацепки в противоположном конце библиотеки. Было темно, зябко, и Шерри чувствовала, как мурашки бегали по ее коже. В перерывах между поисками она садилась на пол и грела руки у единственной свечи. «Дворец, дворец, дворец...», — повторяла в мыслях Шерри, продолжая доставать запылившиеся книги и пролистывать их одну за одной, однако в силу невысокого роста дотянуться до верхних полок было сложновато. Вскоре девочка пододвинула стул, и встав на цыпочки, наконец добралась до книги, которая, казалось, весила больше, чем она сама.