Глава 24
Автомобиль наконец остановился, и Ларису грубо выволокли из салона.
– Но-но, полегче, – взвизгнула девушка. – Тебя что, не научили с женщинами обращаться?
– Иди, перебирай граблями, да пошустрее, – подтолкнув Ларису в спину, проворчал парень.
– Фу, урод невоспитанный, – не сдержавшись, брякнула та, за что получила еще один увесистый тумак в спину.
«Ну погоди, доберусь я до тебя. Отольются кошке мышкины слезки», – подумала Лариса, но вслух произносить не стала. Ее втолкнули в какое-то помещение и повели вверх по ступенькам. «Хорошо, что не вниз в подземелье», – подумала Лариса.
– Может, повязку снимете уже? – обратилась она к сопровождавшему.
В ответ она ничего не услышала, но поняла, что ее ввели в комнату. Затем усадили на стул и стали привязывать к спинке ее руки.
– Пытать будете? – усмехнулась Лариса, но внутри вся от ужаса похолодела.
Ей не ответили. Она только услышала, как хлопнула дверь, затем наступила тишина. Девушка попыталась проверить, сможет ли освободить руки, но веревка только сильнее впилась в ее кожу. «Господи, больно-то как. Куда меня привезли? Чего от меня хотят? Хотя бы повязку сняли. Как слепые люди живут в кромешной темноте? От этого точно можно свихнуться», – думала Лариса, сморщившись от боли.
Прошло некоторое время. Ларисе становилось все хуже от духоты и неподвижного сидения. Она уже даже стала клевать носом, когда услышала, что открывается дверь.
– Снимите с нее повязку, – раздался возле уха девушки знакомый голос. Лариса не поверила собственным ушам.
К ней подошли и сдернули с глаз повязку. В первое мгновение яркий свет ослепил ее, и девушка зажмурилась. Понемногу привыкнув, она уже широко открыла глаза и, обведя взглядом комнату, наткнулась на так хорошо знакомую нахальную улыбку. В первое мгновение Лариса не хотела верить своим глазам, а уставилась на обладательницу улыбки, как на привидение.
– Ты? – только и смогла вымолвить она.
– Как видишь, дорогая, – ответила ей хозяйка улыбки.
– Я всегда знала, что ты сука, но не думала, что до такой степени, – прошипела Лариса. – Что ты хочешь от меня? Зачем меня сюда привезли? И вообще, что все это значит? – скороговоркой задавала Лариса вопрос за вопросом сидевшей напротив нее женщине.
– Как много вопросов, милочка, – усмехнулась Жанна, а это была именно она, и встала с кресла. Женщина кивнула парню, и амбал скрылся за дверью.
– Что тебе от меня нужно? – повторила свой вопрос Лариса.
– Мне нужны мои деньги, только и всего, – спокойно ответила Жанна и, гордо вскинув голову, посмотрела на Ларису ненавидящим взглядом.
– А я-то здесь при чем? Я твоих денег не брала, – удивилась Лариса.
– Нет, моя дорогая, ты хочешь отобрать у меня все, с таким трудом мною заработанное. Я десять лет ублажала твоего отца, стелилась перед ним, как последняя… – Жанна скривилась в брезгливой гримасе. – Улыбалась его компаньонам, этим пузатым противным хамам с маслеными глазками. Приходилось даже спать с некоторыми из них.
– Что? Ты хочешь сказать, что мой отец заставлял тебя спать со своими компаньонами? – недоверчиво спросила Лариса.
– Нет, он не заставлял. Я сама так решала, когда чувствовала, что может уплыть выгодная сделка. Все эти деньги с трудом заработала я, и они принадлежат мне по праву.
– Да на здоровье, – пожала Лариса плечами. – Кто у тебя отбирает-то их?
– Ты, моя ненаглядная «доченька», ты, – наклонившись к самому лицу девушки, зло проговорила Жанна. – Меня все не устраивает: квартира, машины, дача, барахло, – мне нужно все. Это все мое и только мое. Тебе понятно? Не твое, а мое. А ты хочешь все это забрать? – злобно шипела Жанна.
– Какие глупости ты говоришь, Жанна! Ничего я у тебя забирать не собираюсь. Откуда у тебя эти бредовые идеи?
– Твой папаша – идиот. Решил все переписать на тебя, когда узнал, что скоро отдаст концы. Какое он имеет на это право?
– Что ты сказала? Как это отдаст концы? – прошептала помертвевшими губами Лариса.
– Очень просто, – усмехнулась Жанна в ответ. – У него неизлечимая болезнь, он узнал об этом чуть больше полугода назад. Тогда врач определил, что жить твоему папаше остался всего год. Значит, сейчас этот срок сократился уже до пяти месяцев.
– Почему я ничего не знаю об этом? – сдавленно проговорила Лариса.
– А он никому и не говорил, даже мне. Я узнала это от врача из той клиники, где твой отец консультировался и проходил обследование. Врач счел своим долгом сказать жене правду о болезни мужа.
– И что же ты от меня-то хочешь?
– Чтобы тебя не было, дорогуша. Неужели непонятно? Чтобы… тебя… не… бы-ло, – с расстановкой проговорила мачеха.
– Так, значит, это все ты?
Жанна вальяжно развалилась в кресле, закинула ногу на ногу и закурила длинную сигарету.
– Ты обладаешь удивительной живучестью, – игнорируя вопрос, усмехнулась женщина. – Мне несколько раз приходилось менять с таким трудом придуманный план действий.
– Извини, что не оправдала твоих надежд. Я как-то не планировала отправиться на встречу со своими предками в таком цветущем возрасте, – пожала плечами Лариса.
– Теперь я решила взять инициативу в свои руки, а не поручать такое ответственное дело этим придуркам, – пропустив мимо ушей шпильку падчерицы, продолжала Жанна. – Не суметь задушить бабу, это же смешно! Да за такие деньги, какие я им плачу, целый гарем передушить можно. Интересно, как тебе удалось избежать отравления? Вроде я учла все мелочи. Апельсиновый сок ты пьешь ведрами, специально поставила отравленную пачку прямо перед твоим носом, другую же засунула поглубже в холодильник. В доме, кроме тебя, никого не было. Ефимов – в заточении. Расскажи, не томи душу. Как тебе удалось выжить? Ведь яд был очень сильный.
– Мой организм самостоятельно вырабатывает противоядие, – съехидничала Лариса и с усмешкой посмотрела на ненавистную Жанну.
Мачеха же, усмехнувшись, успокоила:
– Ничего, милочка, думаю, от этого противоядия у тебя не найдется, – и женщина вытащила из сумочки миниатюрный пистолетик.
– Это не из него ли ты пристрелила Кристину? – прищурилась Лариса.
– Нет, не из него. Тот был с глушителем. Эта идиотка вздумала меня шантажировать, грозила, что пойдет в милицию, несмотря на то, что достаточно получила денег. Пришлось ее убрать, сама виновата. Имела наглость позвонить мне ночью и наговорить кучу ерунды. И это после того, что я для нее делала? Скольких мужиков я ей подкинула, немало денег она из них выкачала. Кем вообще была, когда в Москву приехала? Кроме смазливой рожи ничего не имела. Кто ей помог устроиться? Кто помог квартиру купить? Ай, не хочу больше говорить об этой маленькой дряни. Терпеть не могу неблагодарных тварей, – Жанна махнула холеной ручкой.
– Значит, с Сергеем ты ее свела? – догадалась Лариса.
– Конечно. У меня был определенный план, и его осуществление началось именно с этого знакомства, – злорадно усмехнулась мачеха.
– А ты не боишься, что тебя заподозрят в этом убийстве? Кстати, именно тебя видели там рано утром, – с усмешкой напомнила Лариса.
– Если и видели, то красивую брюнетку в больших дымчатых очках, которые, кстати, очень хорошо меняют внешность. И бюст у той брюнетки был в два раза больше моего. И попа была внушительная – издали была видна. А перед тобой, как видишь, красавица блондинка с соответствующими пропорциями.
– Все предусмотрела?
– А как же? Вот только с тобой никак до сих пор не разделаюсь. Ну да ладно, теперь ты в моих руках. Кстати, в тот раз, когда я к тебе приезжала, тебя спасло только присутствие в квартире посторонних. Когда я прошла по гостиной, в зеркало случайно увидела, что на кухне сидит какая-то женщина. Правда, я не рассмотрела тогда, кто это был.
– Объясни мне, если с самого начала хотела меня убить, к чему тогда спектакль с похищением Сергея? – увела Лариса разговор в другое русло. Она не хотела заострять внимание на том, что на кухне была Наташа. Лариса вообще не хотела, чтобы во всей этой истории фигурировали имена ее друзей.