- Там еще меньше кабинет, - хихикает нервно медсестра, - Мстислав Юрьевич крупный мужчина.
- Что за напасть-то такая? – в очередной раз за утро сетую на судьбу, но приглашаю следующую пациентку, вместе с которой в кабинет входят мои мучители.
- Карт в регистратуре нет, - басом сообщает главврач и косится недобро так на меня. Это ж надо его держать на побегушках, когда есть медсестра, но неужели его так волнует собственное чадо, что он готов размазать по стенке врачебную этику? Молча киваю.
- Альбина Мстиславовна, измерьте живот беременной и послушайте сердцебиение ребенка, пожалуйста, - ищу занятие практикантке.
Женщина ложится на кушетку, Альбина берет измерительную ленту, измеряет ее, говорит данные, медсестра записывает, я спрашиваю про жалобы, которые пациентка сразу же отрицает под хмурым взглядом главврача.
- Вы не волнуйтесь, у нас сегодня в больнице проверка начальством, поэтому столько народа, - успокаиваю женщину, снова ловя недовольный взгляд главврача. Альбина берет стетоскоп и пытается прослушать сердцебиение, но у нее ничего не выходит ни через пять, ни через десять минут. Все нервно замирают. Иду на выручку девчонке, подхожу к ней, беру стетоскоп и наклоняюсь к беременной, но не успеваю услышать сердцебиение плода, как раздается рык главврача:
- Дистанция!
Мы в испуге отскакиваем друг от друга и от пациентки. Та бросает ошалевший взгляд то на меня, то на Мстислава, то на Альбину. Альбина отходит от меня подальше, а я выдыхаю и пытаюсь работать. Дурдом, а не больница. Отпускаю пациентку.
- Мстислав Юрьевич, у вас там нет никаких занятий в кабинете главврача? – пытаюсь его я выпроводить, на что получаю:
- Я сегодня весь день освободил для вас, детки.
Невольно замечаю, что Альбина от этого заявления тоже побледнела. С одной стороны, я благодарен Мстиславу, до свадьбы так дело точно не дойдет, но с другой, от меня все пациентки в ужасе разбегутся…. Стоит ли игра свеч? Бросаю прием, перенаправляя пациенток к коллеге, идем в УЗИ кабинет. Поскорее бы кончился этот ужасный день! Вот только классика жанра, он тянется, словно резиновый. Буквально через десять минут дышать становится нечем, Мстислав ретировался в дальний угол, чтоб не смущать пациенток, но с его медвежьей фигурой оказалось очень сложно слиться с интерьером. Медсестра села за стол, записывать в картах и бланках показания, Альбина помогала пациенткам уложиться на кушетку, я сидел за приборами. Заходит та самая женщина, которой повезло сегодня первой столкнуться с нашей компанией, укладывается на кушетку. Появляется изображение плода, Альбина с интересом вглядывается в монитор и вслух произносит:
- Это вот этот шарик ребенок?
- Нет, - отвечаю я.
- Этот? – тыкает она уже пальцем в монитор, стоя надо мной и прислоняясь в плотную, - Страшненький какой!
Глаза женщины становятся с каждой репликой все больше и больше. Мстислав рычит в своем углу, медсестра скрывает хохот за кашлем.
- Это яичники! – не выдерживаю я, отодвигая от себя девчонку.
- Хорошо, а то я думала кисты, - выдыхает Альбина с облегчением, а женщина, по-моему, передумала уже рожать.
- А ребенок-то где, Дохлик? – продолжает вгонять колья в мою карьеру золотое чадо главврача. Перенаправляю датчик в другую сторону и показываю небольшой плод.
- Вот, Альбина Мстиславовна, - комментирую сквозь зубы.
- Прикольный какой! А это ножки или тычинки? – снова прилипает к моей спине Альбина, тыча в монитор своим пальчиком, - У вас мальчик, похоже!
- Это нейрула, многоклеточный шарик, Альбина, - снова рычу я, вторя главврачу, - До тычинок там еще, как до Пекина!
- Печально, - успокаивается стихийное бедствие медицины.
- Может, вы уже отпустите меня? – не выдерживает пациентка.
Мы все дружно поворачиваемся в сторону женщины и киваем ей. Она одевается и уходит, под конец, остановившись на пороге и срывающимся голосом проорав:
- Я буду жаловаться на вас главврачу!
- А вот он, как раз, готов принять вашу жалобу персонально! – улыбаюсь во все свои зубы, довольный подвернувшийся возможностью избавиться от Мстислава Юрьевича.