Я боюсь, что это депрессия,
Другого не может и быть.
Понятно откуда агрессия,
И себя охото убить.
Всплывают плохие моменты
Всё время в моей голове.
Ни найти ни покоя ни всета-
Затерялось всё в пустоте.
Я хочу что бы стало мне легче,
Всё таблетки какие то пью.
Может кто то обнимет покрепче?
Я тогда свой покой отыщу.
Не плохо. Я всё больше читала строки о душевных скитаниях, неразделённой любви, о боли и радости, в то время как моя рука, держащая телефон расслаблялась. Заснула я прямо на качелях, под пение птиц и сопение Зевса, который удобно устроился у меня в ногах.
Из царство Морфея меня вытащили настойчивые толчки в плечо. Открыв глаза, я увидела Матвея, сидящего передо мной на корточках.
Я была эгоисткой, но мой эгоизм имел просветы совести. Мы с мамой жили вдвоём пока мне не исполнилось пять. Маме на тот момент было двадцать четыре года, она встретила мужчину. Виктор Романович был вдовцом, и воспитывал сына - Матвея. Виктор Романович стал относиться ко мне как к родной дочери, не видя разницы между мной и своим родным сыном. Я чувствовала это, а ещё чувствовала, что маме с ним хорошо, по этому, вскоре, мы стали жить все вместе в доме Виктора Романовича, а я стала называть его отцом. Матвей в отличии от отца принял меня не сразу, но время , которое мы живём вместе внесло свою лепту и мы с Матвеем стали по настоящему родными людьми.
-Заходи в дом, ночи холодные, заболеешь.- сказал старший брат и , взяв за руку, попытался стащить мою тушку с качелей.
-Я хочу лечь тут. - никак не реагируя, сонным голосом, с эллиментом капризной пятилетки, пробормотала я.
Отпустив мою руку, Матвей взял плед, который лежал на спинке качелей, и, предварительно развернув его, плотно укутал меня. После, отлучившись к веранде, взял один из стульев, поставил его рядом с качелями. Брат достал из внутреннего кармана кожаной куртки пачку сигарет, извлёк одну табачную палочку, и, усевшись, закурил, параллельно, неспешно раскачивая качели.
-У тебя такие сигареты вкусные.- почувствовав запах табака, заметила я. Сонливость ушла, и я приняла сидячие положение, всем также крутаясь в пушистый плед.
-Тебе запретили курить, помнишь?- И без того строгое лицо Матвея ожесточилось ещё больше.
-Ага- Я закатила глаза, вспоминая недавний инцидент, когда моя мама застала меня за курением. Нет, она не кричала, но беседа, к которой она привлекла отца, выдалась принеприятнешея. Мягкие, но при том строгие голоса родителей, пробудили во мне стыд, который, к слову, спал неприлично долго.
Я всегда считала себя сильной личностью, для которой существует лишь одно мнение - моё, по этому стыд и муки совести для меня были не свойственны, в своих решениях я всегда была уверена на все сто. Но даже самые мощные компьютеры дают сбои.
Ну право слово, ктоб сказал, а я бы посмеялась. Сижу, как в эпилоге к самой сопливой книге, вокруг тишина, но в отличии от всевозможных эпилогов, которые я читала, в моей душе не бабочки летают, а кошки скребут. Уже даже не припомню, когда такое было в последний раз. Все подкорки моей души сигнализировали о том, что произойдёт что то очень и очень плохое.
-Выпьем?- Предложил мой братец-кролик, видя моё плачебное состояние.- выглядишь, как упавшая в лужу книга.
Я перевела недовольный взгляд на Матвея, данное сравнение мне не очень понравилось. Но, коротко вивнув, я согласилась.
Матвей сходил за бутылкой красного вина и двумя бокалами. Под звонкое пение птиц, он наполнил наши бокалы на половину.
Когда я ощутила вкус вина, мне даже стало слегка легче. Матвей выглядил не сильно лучше меня. Это было заметно не только по внешнему виду, брат редко позволял себе пить, а курить так тем более.
-Ты не сильно лучше меня выглядишь.- После долгих раздумий, всё же сказала я своему собутыльнику.
-Проблемы на работе.- Это уже было интересно.
После отъезда родителей за границу, все дела отца легли на плечи брата. Матвей крутился как белка в колесе. Отец решил отдохнуть прямо перед крупным тендером. Этот тендер был очень важен, по этому было совершенно не понятно как отец доверил всё брату, но Матвей старался изо всех сил, и на сколько мне известно, у него очень даже неплохо получилось.
-Расскажешь?- Предприняла попытку разгрузить брата хотя бы морально.
-Нет.-Коротко ответил он, в своей манере.
Мы просидели так совсем не долго. Матвей оказался прав. Как только стемнело, я начала мёрзнуть. По этому, допив свой бокал, я, не сбрасывая пледа, направилась в дом. Зайдя в свою комнату, я уснула, как только моя голова коснулась подушки.