Берег неумолимо приближался. Позади хлюпали хвостами зомборыбы, то и дело выныривая на поверхность, — Ксю, которая перебралась в рубку, каждый раз вздрагивала. Стоявший с ней рядом Фаза посмеивался, глядя на девушку. Гурбан был невозмутим и спокоен. От помощи Доктора он отказался — подумаешь, ноги намочил, не простудится. Бек искренне, словно ребёнок, радовался тому, что с командиром всё в порядке.
Метров двадцать разделяло берег и катер, когда заглох мотор.
Глава 14
КОНТАКТ
Ласково светило солнышко, косые лучи его гладили лицо Дана. Шёл бы так и шёл. Бежал бы к арсеналу, брошенному в самом начале Псидемии!
Жмурясь от удовольствия, он шагал вслед за мисс Петрушевич, аппетитно виляющей попкой чуть впереди. Издевается она над Даном, что ли?! Или это… кокетничает?
Он улыбнулся. А что, всё может быть. Правда, он и представить не мог дочку советника в роли своей девушки. У Мариши своя жизнь — наряды, шмотки, послы, а у Данилы своя — автомат и Территории… Батю бы найти, а дальше всё будет хорошо. Дан передумал уже выговаривать отца за то, что бросил их с мамой, а просто хотел крепко, по-мужски, сжать его ладонь и, может, обнять…
Замечтавшись, Дан прозевал ямку на пути и оступился.
Забавно, но именно это спасло ему жизнь.
Нога ушла вниз. Охнув, он упал на выставленные вперёд руки — и тут над ним что-то пролетело и упало в нескольких шагах левее. Что-то большое, пушистое, с яростно блестящими глазами. И жёлтыми клыками в ощеренной пасти. Вот в эту пасть Данила и выстрелил из «макарова», а так как метил он почти что в упор — какие-то жалкие метры не в счёт, то был уверен, что попадёт.
Но не попал — тварь плавно, словно пританцовывая, сместилась назад и сторону. Передвигалась она на четырёх лапах. Дан вновь нажал на спуск — тварь встала на задние лапы и отпрыгнула влево, увернувшись от пули.
— Сзади! — услышав крик Ашота, Данила кувыркнулся вперёд, навстречу твари, похожей на… Да это же рысь! Дикая кошка!
Зомбокошка.
Вторая, точно такая же, шлёпнулась с сосны аккурат там, где Дан только что был. В голове пронеслось: «Почему никто не стреляет?»
Потому что боятся попасть в Дана.
Движения зомбокошек завораживали своим идеальным совершенством: ничего лишнего, мягкая пластичность — и при этом скорость и агрессия! Данила опрокинулся на спину, пропуская прыгнувшую на него тварь над собой. И всадил ей пулю в мягкий белый живот, который тут же окрасился алым — попал, значит, не ускользнула тварь, ведомая слизнем.
Раненая кошка неуклюже упала под сосной, попыталась встать, хватаясь за кору слабеющими лапами, но — увы. Увы — потому что Ашот, не рискуя больше попасть в Данилу, всадили в зомборысь очередь. А Равиль добил тварь, в агонии шипящую и когтящую воздух, — мечом отсёк ей голову.
— Помогите ему! Кто-нибудь! — закричала Мариша.
Пока вольник и Ашот добивали одну кошку, вторая таки накинулась на Данилу.
Перевернувшись на живот, Дан встал на колени и упёрся ладонями в упругую прослойку из сухих иголок, когда на него навалилась тяжесть, вжала в хвою, урча от удовольствия и — главное! — не спеша вонзить клыки чуть ниже затылка, где так легко сломать шейные позвонки.
— Брат! Брат!
— Не стрелять! Я сказал, не стрелять!
— Мужчины, да сделайте уже что-нибудь!
Данила застыл — любое его движение могло стать фатальным. Факт, ему не удастся сбросить с себя зомборысь. Стоит только пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы включиться — зверь сразу отправит его к праотцам. Дан явственно ощущал шеей давление клыков. Но почему рысь не убила его? Балдеет от беспомощности жертвы? Играет, как кошка с мышкой?!
Вот только Данила Сташев — не мышка. Он просто так себя не сдастся. Ну же, думай, доставщик, как разрулить тему, думай!..
Но собраться с мыслями мешало ощущение чего-то чужеродного на шее. Не клыков, нет. Теперь ещё добавилось что-то влажное и приятно тёплое. От этой штуковины веяло спокойствием, а когда она двигалась, было чуточку щекотно.
Не надо дёргаться, понял Дан. Пусть всё будет как будет. И вообще — ему больше не угрожает опасность.
«А рысь?» — спросил он у себя. А что рысь? Отличное животное, так и хочется погладить по шёрстке. Мама рассказывала, у неё в детстве была кошка Мурка, рыжая в белую полоску, мама кошку очень любила, поила молоком, кормила колбасой «Докторской»…
Данилу охватило тягучее оцепенение. Мысли стали вязкими, неторопливыми. Он хотел ущипнуть себя за руку, чтобы прийти в себя, но не смог! Он слышал голоса Ашота, Равиля и Мариши — протяжные, искажённые, они превратились в один сплошной звон. Время замедлилось, секунды превратились в минуты.