Не стоит исключать обычное любопытство к истории своей цивилизации. Так человек, окажись он в будущем своего мира, наверняка испытывал бы любопытство к истории своей расы и планеты, даже если бы человечество в привычном ему виде исчезло.
К сожалению, нейросеть Ириэля не содержала никаких ответов. Старый архимаг подстраховался перед переселением души в тело Карпова, полностью подчистив всю информацию на своей сетке.
Ответы на свои вопросы и решение проблем Линаэль собирался найти на родине. Построив маршрут с максимальными портальными переходами на семь парсеков, он отправился в полёт к прародине эльфов.
Поскольку сменного пилота у него не имелось, а тело быстро уставало и требовало отдыха, время полёта увеличилось в два раза. Трое суток вместо полутора для путешествия на расстояние тысяча триста световых лет… На десантном боте – системном корабле, который предназначен для полётов между звездолётами и для высадки десанта на планеты. Просто взрыв бошки для местных жителей.
Проблемы настигли Карпова там, где он их не ожидал. За тридцать два парсека до точки назначения порталы перестали открываться.
Вернее сказать – порталы не открывались к точке следующего перехода, который рассчитал искин линкора.
Карпов начал пробовать различные варианты. В месте пребывания на небольшие расстояния порталы вполне себе спокойно открывались. Он начал постепенно увеличивать расстояние. Порталы продолжали открываться. Так происходило до тех пор, пока до эльфийской системы не осталось тридцать парсеков. Всё – дальше будто стена. Туда никак не выходило переместиться.
Совершив за три часа пять переходов в разные места, Дмитрий вывел на дисплей карту космоса и произвел моделирование. Выходила впечатляющая, при этом пугающая картина. Шар радиусом тридцать парсеков, центром которого являлась родная звёздная система Линаэля, был заблокирован от портальных, соответственно, и от гиперпространственных перемещений.
Карпов с помощью искина вычислил границу действия поля подавления. Он открыл портал в считанных тысячах километров от неё, после чего отправил бот на полном ходу в сторону границы аномалии. Всё это время он удерживал открытым небольшой портал. Момент пересечения зоны подавления удалось зафиксировать по засбоившему порталу. Вначале он пошёл рябью, а затем схлопнулся.
Пришлось развернуть бот и полететь обратно. Когда портал снова удалось открыть, Карпов остановил летательный аппарат и глубоко задумался.
После продолжительных размышлений он отправился в лабораторию и засыпал наручный искин-артефакт множеством запросов. Получая ответы из ноосферы, он загружал данные в научный искин и моделировал прибор, назначение которого заключается в углубленном сканировании гиперпространства.
Была у него мысль получить готовый ответ о причине аномалии и способах её обхода, но, во-первых, сложно было сформировать грамотный вопрос, чтобы не завалить искины бессмысленной информацией, на обработку которой уйдет очень много времени. Во-вторых, получение лёгких ответов ведёт к деградации личности мага-исследователя. Он и так слишком близко подошёл к той грани информационного наркомана, когда очень сложно соскочить с ноосферной иглы.
Прибор можно было бы создать и без помощи читерной информации, но на это ушли бы годы. Карпов посчитал, что это тот самый случай, когда можно использовать временной квантовый компьютер. Пользоваться им постоянно – вредная привычка. Не использовать вовсе, когда это требуется – тупость.
Компактный сканер был собран, но появилась другая проблема. Предстояло несколько дней летать туда-обратно для снятия показаний, а десантный бот изначально не предназначен для продолжительных полетов. У него сильно ограниченный запас топлива, который подходил к концу.
Пришлось решать эту проблему, благо выход имелся прямо под носом. Вот только ставить генератор Хиггса в том виде, в котором он имеется сейчас, Дмитрию казалось кощунством. Слишком низкий КПД по его мнению.
И вновь он прибег к палочке-выручалочке, загружая искины по полной программе.
В результате недельного ударного труда он полностью модернизировал свои приборы: генератор Хиггса, молекулярный 3D-принтер, превратив его в атомарный. У обоих устройств коэффициент полезного действия приблизился к ста процентам. Правда, теперь это больше были артефакты, нежели приборы. Но поскольку зачарования опирались на научные знания и использовали законы вселенной, а не чистую концепцию, то подпитки маной не требовалось.