Ну вот и всё. Я особо и не надеялась, конечно, но все же ожидала что он поймет все не так быстро. Черт.
- Дар, пожалуйста, остановись и послушай...
- Нет, это ты меня послушай, - снова он меня перебил, - ты завтра же скажешь герцогу, что передумала, что испугалась. Можешь даже вскрыть план про Луну, мне плевать, - он говорил медленно и подходил все ближе, на столько что мне пришлось задрать голову, - Но никакой свадьбы не будет! – я медленно поднялась и посмотрела брату прямо в глаза.
- Всё сказал или будут еще указания? – прошипела я, а Дар молчал, - А теперь послушай меня, братик. Это моё решение, я не спрашиваю у тебя одобрения и позволения. Я уже сделала то, что хотела. Ты можешь это или принимать, или нет, это уже на твое усмотрение. Я приму совет от тебя, как и всегда, выслушаю, но помыкать собою и указывать что делать – не позволю. С 14 лет из тебя растят воина и бойца. У тебя есть право выбора кем быть и что делать, куда идти, на ком жениться. Меня же с 14 лет стерегут как овцу для выставки! Не позволяют носить то, что хочется, стричься или даже читать книги, которые не положено читать женщинам. Меня в отличие от тебя растили как разменную монету, тебе ли этого не знать, сколько ты уже перебил лордов, троих или пятерых? – Дар тяжело дышал, но давал шанс высказать все что накипело, потому что понимал, что больше мне высказать все это не кому. – Поэтому сейчас остановись и пойми, то, что произошло – это мой выбор. Пусть Корвин думает все что хочет, но к этому решению его подвела я, и ни капли не жалею о том, что своим решением помогла спасти Луну, а возможно и тебя.
- Я снимаю барьер, - прошептал он, я же закатила глаза и крикнула.
- Луна, заходи, хватит подслушивать! – и повернулась, наблюдая как резко распахнулась дверь, и в комнату, с осторожностью олененка вошла покрасневшая словно помидор младшая сестра. Она улыбнулась, закрыла дверь ив миг стала недовольной.
- Вы опять закрылись, и я ничего не смогла расслышать, - простонала сестра, - Вы вообще разговаривали? – она перевела взгляд с меня на Дара и обратно, - понятно, ссорились.
Еще в детстве, когда мы изучали руны, Дар начертил руну поглощения звуков, что-то типа барьера, и активировал ее, когда нам нужно было обсудить что-то без лишних ушей. Конкретно в данном случае без ушей любопытной сестры. Руна была нацарапана над дверью, и знали о ней только мы трое, хотя тётя тоже, наверное, знала, но не подавала виду.
- Милая, расскажи лучше, как прошел урок с тенями, - я заправила ее рыжую прядь за ухо и повернулась к Дару, подарив ему один из своих самых свирепых взглядов, показывая тем самым, что бы не смел поднимать эту тему при сестре. Луна вздохнула, подошла к Дару вредине и обняв его начала рассказывать, как у нее ничего не выходит с тенями. Дар всё это время поглаживал младшую сестру по голове и всё также неотрывно смотрел на улицу, скорее всего обдумывая мои слова.
- Не переживай, не всё сразу, сначала обуздай исцеление, каждый дар необходимо освоить в совершенстве, прежде чем переходить к другому, - Дар резко повернул и взглянул на меня приподнятой бровью. Ну вот только попробуй негодяй.
- Да, - начал подначивать брат, - ведь Нара не понаслышке это знает, ведь сама ни разу не следовала таким же советам, - в его словах даже не скрывался сарказм. Я прищурила глаза и кинула в него яблоком, которое попало ровно в цель – в лоб! Луна засмеялась, а я сложила руки на груди и ухмыльнулась, поделом гадёнышу. Будет знать как издеваться.
- Ах ты саранча, - прошипел Дар, так он звал меня детстве, - Тебе конец! – Он ринулся за мной, а я вскочила на кровать и взяв подушку начала оборонятся. Нападение ведь тоже часть оборы. – Тебе это не поможет! – он пригнулся и схватив меня за ноги потянул на себя, и я упала.
- Ну что, сыграем на струнах арфы мелочь? – Он крепко держал мою ступню и снял туфлю, а я изо всех сил начала визжать и отбрыкиваться!
- Нет! Не смей! Гаденыш! Дар, ну пожалуйста – я умоляла его не делать того, что он задумал, но маэстро уже был готов к своему выступлению. Луна смеялась в стороне и вытирала слезы.
- И так, приступим! – а говорит то, будто поэт. Он провел рукой по моей ступне, и я начала визжать еще громче, из глаз прыснули слезы. Я ненавидела щекотку всем сердцем, а эти его выступления еще в детстве доводили меня, но чертиков. Я двинула его торой ногой под ребра и воспользовавшись заминкой выскользнула из рук и ломанулась к Луне.