У присутствующих скорбно сжались губы. Крайний за столом поймал взгляд приора и кивнул в глубину подвала. Палач повернул рукоятки. Раздался вопль.
— Мы слушаем, — мягко произнес приор.
— Люди рождаются разными, — напряженным голосом сказал Раштон. — Мы систематизировали и обобщили статистический материал на огромных объемах исследований. За много лет, по всему миру. Более двадцати миллионов человек! Это только наука.
Брат чтец продолжил с листа:
— Средний период внутриутробного развития: европейцы — 280 суток, африканцы — 277,5 суток, азиаты — 283 суток.
Средний объем головного мозга: африканцы — 1282 кубических сантиметра, европейцы — 1369, восточные азиаты — 1416.
Приор молитвенно сложил ладони:
— Вам известно, что Господу неугоден научный расизм, которым вы занимались? Вам известно, что любой расизм — грех перед лицом Его?
— И здесь новояз, — презрительно фыркнул Линн. — «Научный расизм» — это бессмысленный оборот речи, святой отец, означающий, что если наука противоречит идеологии, то это скверная, вредная, антисоциальная наука. Что идеология всегда права и не может ошибаться, а науку, основанную на истине и подтвержденную фактами, следует запретить. Раз вы боретесь за равенство — то все, что говорит о природном, врожденном неравенстве людей, преступно. Вы отрицаете истину, если она вредит вашим целям. Поздравляю, святой отец.
— Истина состоит в служении добру, — глухо проговорил брат, чье лицо было скрыто низко опущенным клобуком.
— Черный расизм, угнетение белых и безнаказанные погромы вы считаете добром? Упрощение учебных программ, когда из колледжей выходят малограмотные тупицы — ради того, чтоб самые низкоинтеллектуальные студенты из меньшинств могли освоить азы — вы называете добром? И все фирмы высоких технологий охотятся за китайцами, индусами, евреями и русскими?
— Мы отвлеклись, — позволил себе заметить секретарь, испросив взглядом позволения приора.
— Вы действительно полагаете, что интеллект — это врожденное и не зависит от условий? — насмешливо спросил приор.
— О, конечно нет, святой отец. Если человек умственно отсталый и его IQ равен 40, мы говорим о болезни, и это врожденная патология. Если 50 — патология. 60 в условиях развитой цивилизации — патология, отставание в умственном развитии. А вот 70 — это уже среда виновата, что не 100! 85 — среда виновата, что не 110! Вы признаете генетику выборочно: олигофрены (о, пардон, запрещенный термин) — это врожденное, а дураки — благоприобретенное!
— Вы любите собак? — неожиданно спросил Раштон.
— Собаки — твари Божьи, и если они воспитаны в добре, то любят людей, услужают им, умны, хорошие сторожа. Да, я с симпатией отношусь к собакам.
— Так вот, кинологи, селекционеры, заводчики собак, знают лучше всех, что не все щенки одного помета одинаково сильны, умны и сообразительны. Они очень похожи, разумеется — но все-таки различаются. Один всегда пробивается к материнскому соску, отталкивая других. Какой-то энергичнее и любопытнее. А какой-то первым схватывает все команды, лучше понимает настроение хозяина, сообразительнее в играх и дрессировке. А уж они все — братья и сестры, от одной матери и отца, растут и воспитываются в абсолютно одинаковых условиях! Более того: по человечьей квалификации они все — близнецы, вынашивались и родились разом!
— В те времена, когда в семьях было по пять детей и по восемь, — быстро принял эстафету Линн, держа темп, — чаще всего один брат был самый умный, другой — самый рассудительный и хозяйственный, на них родители возлагали основные надежды. А третий — нерешительный и робкий, а четвертый очень любил лакомства и новые игрушки и вырастал мотом. Одна сестра благонравна и положительна, настроена на семью, а другая сбегает в актрисы. Потому что люди — разные! И должны быть разными! Чтобы стать учеными — и священниками, солдатами — и врачами, фермерами — и ремесленниками, путешественниками — и торговцами. Иначе будет стадо баранов!
— А еще они писали, что у черных, белых и желтых разный объем черепа, — наябедничал брат с прыщом на носу. — И, конечно, у черных меньше всех. А больше всех — у желтых, — мстительно заключил он.
— Вы настаиваете, что у женщин IQ в среднем на 3 пункта ниже, чем у мужчин? — спросил секретарь, взглянув в свой обвинительный лист.
— Есть многие тысячи исследований по усыновлению черных детей белыми парами среднего класса, — невпопад ответил Раштон. — Вначале они прекрасно развивались, обгоняя белых сверстников, затем к одиннадцати-двенадцати годам это выравнивалось, а после пятнадцати черные отставали в умственном развитии от белых сверстников практически всегда. И от своих приемных родителей тоже, — добавил он. — Где здесь среда и где наследственность?