Место казни было напротив Балиолского Колледжа. Доктор Линн был одет в отделанную мехом черную мантию, бархатный шарф, отделанный мехом вокруг шеи, на голове бархатная ночная шапочка, а на нее сверху надет квадратный берет, на ногах тапочки. Мистер Раштон был одет в поношенный грубый шерстяной фрак, шапку на завязках и платок на голове, а также в новую длинную накидку, которая, прикрывая одетые в чулки ноги, доходила ему до самых пяток. Их вид взволновал сердца многих, которые размышляли о том, какой почет они имели в своей жизни и какие жестокие бедствия их постигли.
Им приказали приготовиться. Доктор Линн снял почти всю одежду и раздал друзьям из толпы народа, которые пришли посмотреть на них. Мистер Раштон, не имея ничего ценного, что можно было бы отдать, попросил помочь снять его чулки и остался только в нижней одежде.
Затем палач цепями привязал доктора Линна и мистера Раштона к столбу. Вокруг них разложили хворост и зажгли пламя.
Одно горящее полено подвинули к самым ногам Линна. Когда Раштон увидел это, он сказал:
— Ободрись, Линн, и будь мужчиной. Ибо сегодня на этом костре мы зажжем такую свечу в Америке, которая не погаснет вовеки.
Глава 42. Преступление и наказание
Троица немолодых мужчин вокруг столика казалась окутана сферой взаимоприязни и единомыслия. И хотя выглядели они и одеты были совершенно по-разному, речи их словно лились продолжением одной и той же, и жесты были поставлены тем же режиссером.
Являвший собой тип профессора седеющий брюнет с академической бородкой, в сером костюме и голубой сорочке, сказал в развитие тезиса собеседников:
— Бедные ребята не поняли элементарную вещь. Задача нашей науки давно уже не состоит в том, чтобы выяснить истину. Но в том, чтобы научно доказать верность нашей точки зрения. Идет научная борьба! Непримиримая борьба. И огонь наших душ возжигает пламя костров на площадях! То, что выжило среди аутодафе, среди расстрелов и виселиц, и есть истина. Почему? Потому что истину убить нельзя.
Его собеседник в черной рясе, открывая под черным капюшоном суровое лицо пророка, отвлекся от серебряной чаши с вином, которую он грел в ладонях: негромким ровным голосом произнес:
— Истина непостижима для ума смертного. Истина ведома лишь Господу, и Он, буде на то Его воля, порой открывает ее сердцу человека. Тогда истина начинает жить в душе смертного, слабый же разум его несет обязанность постичь то, что Господь сделал явным его душе. Долг ученых людей — доказать разумом то, что ведомо душе… А не наоборот, — добавил он, понизив голос до свистящего шепота: — Не множить ереси, когда упражнения тщетного разума пытаются вложить в души людей вместо Откровения Божьего.
В камине обрушились прогоревшие поленья, взлетел букет звезд над огнем, дальним колоколом отозвался бокал на мраморной каминной полке.
Костистый старик в генеральской форме отмерил полстакана из квадратной желтой бутылки, броском влил в глотку, закурил и выпустил одно за другим три крутящихся серых колечка.
— Кто не с нами — тот против нас, — командным голосом отрубил он. — Чего тут крутить? Есть план, есть приказ. Есть средства заставить выполнять приказ. Война, труд, наука — какая хрен разница? Задача ясна? — выполнять! Сказано все равны — значит равны! Сказано не возражать — значит не возражать! Вот те, кого на прошлой неделе вздернули — они нарушили присягу Гражданина? Нарушили! Предатели, значит. А собаке — собачья смерть, — он сплюнул на щербатый каменный пол.
— Они хранили сатанинскую литературу, — сокрушенно вздохнул монах.
— Чарльз Мюррей, Ричард Линн, Филипп Раштон, так еще и Ричард Ферле, — пожал плечами профессор. — За это и повесить мало.
Глава 43. Человек как функция и смысл жизни
Каждое живое существо на Земле может быть рассмотрено как функция преобразующего Землю процесса.
Если
Жизнь есть захват свободной энергии, ее преобразование и выделение
То допустимо и правильно сказать:
Жизнь есть функция эволюции энергии
Будучи связана в материальные структуры, энергия преобразуется как в другие материальные структуры, так и — вместе с тем — в энергию движения и излучения.
Заяц съел траву, он теплый и бегает — лиса съела зайца, она теплая, бегает, роет нору.
Если энергию мы возьмем за точку отсчета, за центр координат, то: все происходящее уложится в единую целесообразную картину. И отнюдь не только с точки зрения физики и химии всех направлений. Но, что для нас сейчас гораздо важнее — все ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ процессы и законы уложатся в единую, стройную, целесообразную картину, где все взаимосвязано и обусловлено. Но более того. Подчинено единой цели.