В рамках богатой внутренней жизни она рано начала задумываться о разных сложностях и трудностях. Мир несправедлив — это очевидно. Надо понять, почему. И надо его исправить. Ее кипучая сексуальная энергия сублимировалась в это русло с такой энергией, что руслу грозили разрушения — преобразования как минимум.
Ее неказистая внешность подчеркивала красоту подруг — как оно у женщин и заведено. (Все это происходило задолго до эпохи сексизма, харрасмента и гордости ЛГБТ). Для того некрасивые подруги и существуют. Хотя красавицы обычно не позволяют этому простому и здравому расчету подняться из подсознания в сознание. Напротив: красавицы немного умиляются своей доброте и благотворительности, с которыми они одаряют дурнушек сердечной дружбой.
Когда в компании собираются юноши и девушки, то прекрасная половина общества расслаивается на две фракции: красавицы принимают ухаживания мальчиков, а напарницы-дурнушки, которым из вежливости тоже перепадает пара комплиментов и ощупывание ягодиц после выпитого, образуют свой узкий кружок. Не то чтобы горничные или официантки, но вы поняли.
В этом кружке возникает классовая солидарность и скрытая ненависть к антагонистическому классу-угнетателю. Господствующий класс имеет сильных, красивых и богатых мужчин и выбор любой семейной перспективы. Угнетенный класса формирует из сознания своего положения тихую ярость отчаяния, беспощадность и жажду мести. Мести красавицам, удачницам, несправедливо одаренным судьбой. Унижение объедками и обносками удачи, которыми они милостиво одаряют подруг-дурнушек, невозможно пережить.
Так рождается лютая жажда переустройства благополучного самодовольного мира. Потребность в низвержении его бенефициаров.
И тут мир стал переустраиваться! Тлеющее движение битников вспыхнуло — и грянул великий и веселый 68-й год! Дети-цветы, ЛСД, делай любовь, а не войну! А тут просияла и битва в Стоунволл Инн, когда обретшие гордость геи отпиздили полицейскую облаву, а за ней прогремел на весь мир Вудсток — и этот самый весь мир стал иным.
Мы не будем подробно углубляться в вопрос, как молодые девушки причащаются радостей Сафо. Что? Как становятся лесбиянками, ну что кому неясно. Темперамент, нежность, ласка, потребность в любви духовной и плотской — а тут тебе еще раскованное сознание и повод для гордости: мы не буржуазные лицемеры! Современной женщине, которая придерживается прогрессивных взглядов и борется за уничтожение эксплуатации и построение справедливого общества — современной женщине подобает. Подобает отрицать патриархат, презирать самцов, добиваться отмены традиционной буржуазной семьи и утверждать, что женщины вообще выше мужчин во всем и отлично без них обходятся.
Вечеринка, комната, полумрак, выпивка, травка, доверительный мат современных людей, ночевка в одной постели с новой подругой, ласковые прикосновения, нежный шепот, тихий смех — понеслась душа по кочкам в рай. И не нужны нам эти уроды, только и умеющие втыкать свой пенис.
Еврейская пылкость Рут и унаследованный ум сделали ее активисткой. Активисткой чего? Феминизма, социализма и лесбиянства. Прогрессивизма, короче.
Они носили майки с Че Геварой, изучали в кружках труды Троцкого и Мао, собирали деньги для «Черных Пантер» и продвигали афроамериканцев на все возможные должности. Устраивали демонстрации за разоружение и обличали преступления американской военщины во Вьетнаме.
Рут некрасиво разжирела. Разжиреть красиво вообще трудно. Она выпустила брошюру о феминизме и брошюру о лесбийской любви, чистой и духовной, имеющей преимущества над любовью традиционной, двуполой и буржуазной. Произносила речи о похотливых тиранах-самцах. Новому времени подобает новая любовь — бескорыстная, искренняя, одухотворенная родством тел и душ и абсолютным взаимопониманием. Потом были овации.
Жизнь шла: менялись любовницы, писались статьи и звучали из колонок обличения и призывы, разводов и одиночек делалось все больше, детей — все меньше, прав у женщин все прибавлялось; и прибавлялось седых волос, морщин и фунтов. Но уже женщины служили на подводных лодках и в морских котиках, выходили в мантиях Верховного Суда и заседали в Сенате, их училось в университетах больше, чем мужчин, и они гордо венчались друг с другом.
Старость без детей и семьи всегда печальна — но сознание того, что жизнь была отдана самому главному — борьбе за свободу, равенство и справедливость — это сознание наполняло ее гордостью.
С этой гордостью она повела свою организацию — бруклинскую еврейскую секцию ЛГБТ и феминизма, если можно так выразиться — в Браунсвилл, на демонстрацию «ЛГБТ против белого супрематизма». Она хотела присоединиться к колонне, чтобы показать, что еврейки вместе с афроамериканками за прогресс.