По поручению Рут она принимала участие в композиции книги — какую главу — или это эссе? — после какой ставить, и разбить ли весь текст на несколько частей. А главное — свежим непредвзятым взглядом оценивать стиль: легко ли читается, понятно ли будет молодежи, нет ли огрехов, повторов — то есть исполнять обязанности редактора. Что было весьма эгоистично со стороны Рут, чтобы не назвать это хамством. Редактор — серьезная, тяжелая работа. Но, по секрету, Рут испытывала слабость к Шарон, угрызаясь своим влечением как кровосмесительством. И ничего не могла с собой поделать: творчество и плотская любовь оказались для нее неразрывны. Шарон же из глубокого почтения не могла отказать заслуженной наставнице. Тем более что это нормально и прогрессивно.
Шарон гордилась своей бисексуальностью, и когда к ней приходил бой-френд, студент Медицинской школы Нью-Йоркского университета, она — часто среди ночи между сексом и продолжением — ставила ему записи Рут. Ей хотелось поделиться с Дани, так его звали, этими сокровищами мысли, хотя многие мысли она сопровождала комментариями довольно критическими: Дани был нормальный левый, а она сама уже болталась в неопределенности и не хотела его провоцировать.
Свет уличного фонаря лежал желтыми ромбами на постели, на их голых телах, горлышко бутылки звякало о стаканы; чертов Дани был умным и любопытным и, слушая экран компьютера, забывал о Шарон, думал о том, как ему-то предстоит жить в этом мире, который делается непонятным и непредсказуемым прямо сейчас и очень быстро. А Рут вещала:
«Большинству надо читать что попроще: комиксы, триллеры, любовную чушь, а лучше всего — сообщения в твиттере и картинки в Инстаграме. Новая эпоха — быстрой, короткой, отрывистой информации. Умение думать, анализировать, сопоставлять и делать выводы — требует тренировки на обширных материалах, а этого давно нет. Выросло поколение идиотов».
«Дети компьютерного века даже не понимают, что сами замещают себя машинами. Машины делают за них все больше и больше. Все идет к тому, что машинам уже не будут нужны люди. Это и будет концом человечества».
«Письменность и литературы были уделом интеллектуальной элиты. Эта элита имела свой престиж, свою притягательность, внутри нее существовала своя иерархия, своя зависть и свое честолюбие. Она стояла над простонародьем и была отделена от элиты властной и экономической.
Книгопечатание запустило социальные лифты: грамотность стала средством выбиться в люди, подняться над нищетой и бесправием.
Всеобщая компьютеризация стерла границы между социальными слоями в информационном пространстве. Нобелевский лауреат и бездомный наркоман встретились в виртуальном цифровом мире. Дураки затопили собой мир, и умные стали почти незаметны среди них.
В информационном пространстве наступило господство быдла. Быдло перестало тянуться вверх: уже везде верх, оно уже и так рядом с богатыми и заслуженными, более того — у идиота миллионы поклонников, а у гения — лишь сотни тысяч максимум.
Быдло перестало стесняться себя, но более того — стало гордиться собой. Утверждало свои вкусы и воззрения, презирая инакомыслящих. И производители виртуальных продуктов — игр и прочего — в качестве рекламы потакают вкусам быдла и поощряют их.
Низший класс унтерменшей (да простит мне Всевышний это слово) уже сформировался. Они еще не знают, что обречены на вымирание в первую очередь.
Новый низший класс, недоумки и паразиты, повторяющие то, что вбила им в головы пропаганда, не понимают главного. Социальные лифты остановлены. Высший класс, господствующий класс, уже никогда не допустит их наверх, в свои ряды. Они не нужны.
Уже наступила Новая Новая Эра — эпоха господ при всесильных машинах — и эпоха рабов, которым кидают объедки: рабы уже не нужны, но пусть вымирают спокойно и без бунтов.
Расслоение на элиту и быдло все беспощаднее, между ними уже пропасть, она ширится.
Глупость и необразованность — это отбраковка Homo Sapiens, не прошедших естественного отбора: эволюция назначает исчезнуть людям, ум и знания которых не позволяют им возвышаться над Природой.
С тех пор, как Человек построил шалаш, сделал каменное рубило и овладел огнем — именно Ум и Знание определяли его господство над всем окружающим.
Ум и Знание — это перспектива, это будущее, это могущество.
Глупость и незнание — это смерть на обочине, в придорожной канаве Эволюции.
Всевышний, смилуйся над идиотами! Увы — этого не булет…»