А дальше? А дальше полиция, армия, закон, достаток, разделение труда, разделение функций, появление «культурных» специальностей все в большем количестве и ассортименте: торговцы, проститутки, маляры и плотники, художники и музыканты, журналисты и певцы, писатели и композиторы, ученые и изобретатели, и несть числа.
Какие теперь качества требуются от человека? Ум и образование. Предприимчивость. Толерантность — не драться на улицах и вообще. Востребованы разнообразные таланты. А также — лояльность, конформизм, миролюбие, толерантность. Осуждается жестокость и насилие во всех формах — они мешают всем жить мирно и продуктивно, производить и потреблять в комфорте.
Слабые, трусливые и глупые не отбраковываются социумом, не становятся изгоями, им находится место и пропитание, им находят дело, они оставляют потомство и размножаются. Самые агрессивные — ценнейший авангард воинов и первопроходцев — изолируются от общества, ликвидируются, их генетическая линия пускается по затухающей. Преуспевают самые предприимчивые, умеющие приспособиться к любым обстоятельствам, сохранить себя и воспользоваться любыми возможностями к своей пользе. Они не желают рисковать жизнью и умирать!
И что мы видим? Что потомки отчаянных викингов, бесстрашных и жестоких воинов — превращаются через сорок поколений в толерантных, миролюбивых, законопослушных и тихих шведов, норвежцев и датчан. И принимают такие законы, что мигранты (!) из Африки и Исламского Востока грабят и насилуют их средь бела дня — но запрещено даже дать гаду по морде!
Британские солдаты наводили страх на туземные империи всего земного шара! Французская «Великая Армия» Наполеона победоносно шла по Европе от Рима до Москвы! И вот сейчас негры режут ножами на улицах солдат и полицейских, арабы отрезают головы священникам в церквях! И вместо ответного погрома, уничтожающего общины обнаглевших дикарей, повсеместно идут кампании осуждения… «расистов», которые не хотят мириться с волной темных варваров, переселяющихся в Европу и загаживающих ее, вытесняя и терроризируя хозяев в их собственном доме!
…Америку создали трудолюбивые богобоязненные люди, уважающие закон и умеющие постоять за себя — иные бы тут не выжили. Они рассчитывали только на свои силы. Готовы были к лишениям. Преступников жестоко карали. Люди пахали землю, пасли скот, строили дома, ковали железо, и оружие было обычной и необходимой вещью. Надейся на Бога, но защищайся сам. И хоронили своих мертвых, поколение за поколением, в этой земле, политой их потом и их кровью — в своей земле.
И поколение за поколением, исподволь, незаметно и понемногу, менялся их характер. Появился закон — и появился запрет нарушать закон. Но хитрые и подлые находили лазейки, подкупали слуг закона — и обращали закон в свою пользу или делали невозможным его применение. А честные и простые не могли уже сами наказать вора и убийцу — закон наказывал «самосуд».
Появлялось все больше толкователей закона — юристов. И все больше людей тех профессий, где не требовались сила, мужество, храбрость: торговцы и артисты, портные и инженеры, журналисты и изобретатели. А настоящими мужчинами были полицейские, солдаты и гангстеры. Но еще — простые работяги, которых все меньше оставалось в больших городах, они жили в глубинке и кормили страну: фермеры, скотоводы и все те, кто работал для них в небольших городках среди просторов. Там все знают друг друга, и плохому человеку там делать нечего.
А наука и техника все шагали вперед, и простых работяг становилось все меньше, а цивилизованных горожан с их культурными профессиями — все больше. И настал черный день.
Черные банды громили города и сносили памятники — и белое большинство не смело погнать их палками и пинками! Часть белых поддерживало погромщиков — а власти, состоявшие из «цивилизованных» горожан, бессмысленно проповедовало миролюбие.
Коммунистические заговорщики сговорились с олигархами — и жульнически подтасовали выборы президента, открыли границы для нелегальных мигрантов из нищих бандитских стран — и начали открыто разрушать страну! Затыкая рот несогласным, фактически отменив свободу слова, преследуя за инакомыслие. А большинство — большинство недовольно, ругается, остается без работы, подвергается унижениям. Но!
Вот главное:
Прошло триста лет. Каких-то паршивых триста лет. И народ пионеров и воинов, народ суровых христиан и отважных борцов за свободу — превратился в нерешительное стадо, неспособное к сопротивлению. Как овцы в загоне, этот народ, славный своей историей и своими свершениями — позволяет помыкать собой. Позволяет лгать себе в глаза, подвергать свои законные действия запретам, лишать себя права голоса, позволяет содержать за его счет десятки миллионов бездельников и чужестранцев.