Ну что ж, придется показать, этому само уверенному красавцу, что и Моника Смит может постоять за свое достоинство. Она не будет живым призом в состязании мужских самолюбий и утром непременно выскажет Стэну в глаза все, что думает о нем.
Глава шестая
Мысли Моники были заняты Стэном, и она совсем забыла Джеральда. Едва у девушки сомкнулись веки, как ее разбудил детский крик. Накинув халат, она поспешила в комнату к мальчику.
Стэн прибежал к сыну, не успев снять мокрый костюм рыбака. Заросший щетиной подбородок придавал ему пиратский вид, и Монику охватил уже привычный озноб, несмотря на теплую ночь.
Увидев Монику, Стэн нахмурился, но не стал прогонять, зная, что врач необходим Джеральду больше, чем он сам.
— То же, что и вчера, — негромко проговорила она, наблюдая, как мечется на постели мальчик, и сердце у нее болезненно сжалось.
— Да, вот бедняга, — голос у отца был мрачный, и доктор Смит исполнилась горячим желанием немедленно остановить приступ у его сына, хотя понимала — это не в ее власти. Все хрупкие предметы поблизости были предусмотрительно убраны. Оставалось только ждать, пока все закончится. Как и накануне, приступ завершился быстро. Джеральд, удостоверившись, что взрослые рядом, крепко заснул. Стэн пошел в гостиную, не сомневаясь, что Моника последует за ним.
— Благодарю вас, мне ничего не надо, — ответила она, когда Кэмп предложил ей чего-нибудь выпить. После их прошлой ссоры она отказывалась принимать из его рук даже охлажденную воду.
Хозяин налил себе виски и добавил лед.
— Вам больше не нужно вставать. Теперь я знаю, чем заканчивается приступ, и глупо обоим проводить бессонные ночи.
— Мне хотелось помочь, — спокойно ответила Моника. — Я люблю Джеральда. Он чудесный мальчик. — Она скрестила руки на груди. — Вы мне не верите?
Стэн задумчиво потер щетинистый подбородок.
— Я вам верю, хотя роль любящей женщины не вяжется с обликом особы, которая на моих глазах пыталась у бассейна соблазнить жениха соперницы.
В глазах Моники защипало от подступивших слез, но девушка, отчаянно заморгав, смахнула предательскую влагу. Если она не напряжет свою волю, он, чего доброго, заставит ее усомниться в собственной невиновности.
— Удивляюсь, как вы решились на «помолвку», даже фиктивную, мистер Кэмп?
На лице Стэна появилось так знакомое ей брезгливое выражение.
— Естественно, я не жду от женщины свободных нравов способности к самопожертвованию. — Вскинув руку, он не дал ей возразить. — К счастью, от вас требуется всего лишь смирение. У Моники судорожно сжались губы.
— И вы, конечно, позаботились о моем смирении, всячески препятствуя возвращению на материк.
Он горько усмехнулся.
— Вас, уверен, вряд ли огорчит пребывание у меня в гостях.
В растерянности от его наглости Моника отвернулась.
— Убирайтесь к дьяволу!
— Вот туда я и направляюсь вместе с вами, мисс.
— Что вы имеете в виду?!
— Хотя Кимберли и не у черта на рогах, но если не знать, как себя вести в тех краях, можно угодить и к самому дьяволу. А мы едем именно в эти благословенные места. Готовьтесь к путешествию, дорогая.
— Я никуда с вами не поеду.
— Нет, поедете. Вы что, лицемерили, когда говорили о своем желании помочь Джеральду?
— Конечно, нет, но…
— Тогда вы обязательно поедете. Потому что я понял истоки его ночных кошмаров.
Что за ерунду он несет? Доктор Смит в замешательстве обернулась к Кэмпу.
— Какое отношение имеют кошмары Джеральда к экспедиции в Кимберли?
— Самое прямое. Когда я уезжал в последнюю экспедицию, точно в это время и погибла его мать.
Монике становился ясен ход мыслей Стэна.
— Понимаю, подсознательно ваш сын чувствует, что, если вы уедете, случится нечто ужасное, как и в тот трагический день. — Забывшись, Моника схватила его за руку. — В этом, должно быть, и кроется ответ. Ночные кошмары часто бывают у детей, когда что-то происходит помимо их воли: например, когда семья внезапно переезжает или кто-то неожиданно умирает. Если после смерти жены вы с Джеральдом не расставались, все равно, укоренившийся в подсознании страх подкрадывается к ребенку во сне.
— Поэтому я решил взять его с собой, чтобы доказать: ничего плохого не случится, если мы уедем.
В Медицинском центре врачи часами обсуждали такие же случаи, как у Джеральда, но никогда еще доктор Смит не занималась подобными проблемами в ночной рубашке, в царящей за окнами бархатной темноте тропической ночи. Моника пыталась не обращать внимания на близость Стэна, но голос у нее звучал подозрительно низко.