Свободная рука Маверика обвилась вокруг моего бедра, и моя кожа, казалось, загорелась от его прикосновения, мурашки побежали по моей плоти и заставили выгнуться спину. Мне не должно было это нравиться, но по какой-то причине какой-то глубокой, темной части меня это нравилось. Какая-то долбанутая, сломанная часть меня наслаждалась этим моментом, когда он держал мою смерть в своих объятиях, и я сжала бедра вместе, поскольку была ошеломлена безумием этого.
Он ослабил хватку на моем горле, и я втянула воздух, моя грудь тяжело поднялась между нами и притянула его взгляд к моему обнаженному телу. Однажды он уже смотрел на меня так. И все же совсем не так. Тогда его глаза шарили по моему телу с возбужденным юношеским желанием, но теперь я ощущала его взгляд как мрачное обещание моего собственного уничтожения. И вместо того, чтобы хотеть отбиться от него и убежать так далеко и быстро, как только могла, я поймала себя на том, что хочу навлечь это разрушение на свою плоть. Позволить ему разрушить меня как можно сильнее и увидеть, что останется от разбитых кусков, которые я так часто склеивала, когда он закончит.
— Похоже, ты думаешь, что тебе нравится играть с дьяволом во мне, красавица, — прорычал Маверик так тихо, что я была уверена, что Миа не смогла услышать его из-за своих продолжающихся рыданий. — Давай посмотрим, как долго это продлится.
Если бы у меня и было что сказать в ответ на это, он не дал мне и секунды, чтобы озвучить это, потому что прежде чем я поняла, что происходит, он поднял меня и перекинул мою голую задницу через свое плечо.
— Отпусти меня, — прорычала я, хлопая его по спине. Но этот чувак был сплошной глыбой чертовых мышц, и я даже не была уверена, что он чувствует мои удары, пока пиналась и брыкалась ногами. Он просто держал меня на месте, обхватив рукой за заднюю поверхность бедер, и зашагал прямо в коридор, где множество его людей вот-вот увидят, как моя гребаная задница будет выставлена на всеобщее обозрение.
— Я же сказал тебе. Нам нужно кое-что обсудить. И у меня складывается впечатление, что ты недостаточно серьезно относишься к своей ситуации. — Маверик продолжал идти, оставив рыдающую Мию именно там, где я оставила ее сучью задницу — истекающую кровью и плачущую на полу, — а сам продолжал шагать по огромному отелю, который он считал своей цитаделью.
Кровь прилила к моей голове, и я отказалась от попыток бороться, гляди вниз на покрытые татуировками задние части его ног, и по ходу его движения, мои радужные волосы волочились по полу, пока мы проходили мимо бесчисленного количества людей, и все они могли хорошо рассмотреть мою голую задницу. Я попыталась сообразить, что бы сделал Зеленый Могучий Рейнджер на моем месте, но у меня ничего не получалось, когда я пыталась вспомнить эпизод, где его раздели догола и таскала за собой неуклюжая Рита Репульса, державшая его пленником в своем логове. Проклятье.
Мы спустились по лестнице в подвал здания, и я вывернула шею, чтобы увидеть, как мы проходим через промышленную кухню и наконец оказываемся в темном помещении, где температура вокруг нас заметно упала.
Меня снова подбросило вверх, и моя задница ударилась о холодный деревянный стул за секунду до того, как наручник защелкнулся на моем запястье, зафиксировав его на подлокотнике справа от меня.
— Рик, — выдохнула я, пытаясь высвободить руку, и металл впился мне в кожу, когда он поймал мое другое запястье и быстро защелкнул наручник и на нем, прикрепив его к другому подлокотнику кресла и обездвижив меня.
Он даже не взглянул на меня, когда потянулся к моей лодыжке, и мои инстинкты борьбы или бегства, наконец, уловили, что происходит. За последние десять лет я поняла, что бег, как правило, был моей сильной стороной, но я была более чем способна бороться, если сбежать было невозможно, и я закричала на него, вырывая лодыжку из его хватки и брыкаясь обеими ногами в отчаянной попытке вырваться на свободу.
Маверик выругался, когда моя босая нога попала ему в челюсть, но от удара я откинулась на спинку стула, и внезапно вместе с ним рухнула назад.
Я сильно ударилась о пол, боль рикошетом пронзила затылок и на мгновение заставила зазвенеть в ушах, пока я моргала, прогоняя темные пятна из поля зрения.